Дайте шанс! Том 1 и Том 2

Видел прикольный видос «Кастрюльные рыцари», когда два обалдуя напялили на свои глупые бошки кастрюли и с самодельными щитами и лыжными палками набросились на Бига, а он плюнул огнем и сделал из них ходячие факелы? Во жесть! Я пять раз смотрел. Там у ролика за час больше миллиона просмотров! Ты прикинь?

Сам ты обалдуй. Там люди реально бьются, выживают, как могут. А ты, мудило, сидишь, смотришь видосики и ржешь. Посмотрю на тебя, как ты начнешь бегать по Перми, если в городе появится червоточина, а из пролома полезут твари.

Хотя…

Да хрен он будет бегать. Карлицкий залезет с родителями в бункер и там будет отсиживаться с припасами, пока армия не освободит город от тварей. Такой же бункер с продуктами, оружием и всем необходимым есть у нас. Можем хоть год спокойно себе продержаться. И вообще, в этом мире любой даже обычный человек думает о своей защите. Почти в каждой квартире есть укрепленная комната с запасами еды, воды и прочего.

Пусть я и попал в Россию, но здесь другой мир и другие порядки. Все вроде похожее, но реальность совершенно иная.

Появление Света и Тьмы заставило реальность измениться.

– Я что хотел сказать, – продолжает Карлицкий, – звонил Скориков. У него все в силе. Завтра он приглашает всех на день рождения. Мы же с тобой друзья, я сразу поинтересовался на твой счет. Короче, Скориков этот вопрос уже решил с Тарасовым. Тот пообещал вести себя нормально. Он не станет на празднике в ответную вызывать тебя на дуэль. Ну ты сам понимаешь, после случившегося ему вообще лучше держаться тихо.

Говорят, его с отцом и дедом вызывал к себе лично генерал-губернатор и провел с ним неприятный разговор. Так что можешь смело идти и ничего не бояться. Праздник жизни назначен на четыре в клубе «Парадайз».

«Да кто его боится? То же мне, монстр нашелся!» – хотелось выкрикнуть в ответ. Однако строить из себя героя было рано. И Карлицкий, и остальные лично не раз видели, что Тарасов вытворял с Андреем. Сейчас пытаться выпендриться, показывать, какой я смелый и насколько плевать хотел на Тарасова, не стоило.

Вместо ненужной бравады отвечаю ровным голосом:

– Хорошо, постараюсь приехать.

– Постараюсь? – хмыкнул Карлицкий. – Ты уж действительно постарайся, а то нам с Вано без тебя будет скучно. Все-таки последние деньки остались. Ты потом в Москву укатишь, я в Тверь, Вано собирается на год уехать на историческую родину. Когда еще свидимся.

Красиво говорит, но память Андрея напоминает о другом. Мне даже нет необходимости анализировать воспоминания.