Мир узлов

Для меня такая угроза была бесполезна. Я уже был наказан. Хотя прошлый «Лай» так же был любителем сладкого, как и большинство детей. Чего уж там, если это запретное будет доступно, я не отвернусь.

Но это не было поводом отказываться от пищи. Пусть она и была весьма горькой для детского языка, но для меня она напоминала ржаной хлеб с маслом. Точнее его верхнюю "загоревшую" корочку. Добавив немного соли это было уже «съедобно».

Так как вопрос к отцу про «балу» явно сдвинут на будущее, то можно сменить адресата вопроса.

И моей целью на сегодня будет матушка. А для этого мишень должна быть в приподнятом настроении. А что может обрадовать кулинара больше, чем съеденное «клиентом» блюдо?

Кое-как я расправился со своей порцией и взял тарелку Рифа:

– Будешь должен.

– Сладостей не дам.

– Не сладкое. Три желания.

– Идёт. Хоть пять.

– Пять, так пять. Давай тарелку.

Раб того стоил. Порция, на самом деле, не такая уж и большая. А Риф пока наестся фруктов. Мелкая манипуляция осталось незамеченной.

Отец – пуп внимания для матушки. А прислуга не входит, пока матушка не позовёт.

Если вчера был день отдыха, то сегодня папа вывел меня и брата во двор. И решил перед баней хорошенько испачкать.

– Лай. Вот тебе тоже деревянный меч. Сегодня вы вместе должны попытаться победить вон-то пугало. Оно злое.

Нужно заметить, что Риф получил свою игрушку во время моей простуды. Так что для меня меч был в новинку. Должен ли я радоваться?

Не знаю, впервые ли увидел братец пугало, но он боялся к нему подходить.

Кто из взрослых сотворил такое чудо, как «чучело» из костей крупного рогатого скота, глины и деревянного щита в виде мишени? Встреть я такое ночью или вчера на прогулке, то детское тело подвело бы и потребовало смены исподнего. Да что уж там детское, я в своей прошлой версии, встреть это чудо ночью до вживления мне «Тройки», точно испугался бы. Может и до сердечного приступа.

Манекен можно назвать детским, так как он был только чуть выше меня или Рифа.

При дневном свете это просто кучка вороха или слабое произведение искусства.

Не страшно.

Я подошёл к пугалу. И со всего размаха совершил удар в район головы этого манекена.

Тот покачнулся больше, чем я смог бы его поколебать при всём моём желании, а потом, словно неваляшка, толкнул уже меня.

В прошлой жизни в детстве меня не били. Давление было больше моральным. Если не считать тренировок с сестрой, да и те были уже в подростковом возрасте, вроде бы.

Дрался в жизни я мало.