Кодекс Инквизитора. Книга IV

Пальнула бы и ещё сдуру, но сухой щелчок затворной задержки удержал затвор в крайнем заднем положении: в обойме закончились патроны.

Чудно, но на этот раз время не встало. Порассудив, что на сегодня членовредительств хватает, как само собой разумеющееся, словила три пули на подлёте. Обжёгшись о раскалённый металл, закинула рунические тупоносые цилиндрики в ванну. Раздалось шипение, а затем блаженный ор Дашки:

— Изыди! Демоница! Вороти барыню, тварь паскудная, стрелять буду!

— Так, террористка, живо угомонилась, а то по прилёте плетей на конюшне выпишу!

— Что? Каких плетей? — не сразу вкурила девка.

— Тех самых, остолопка! Пистоль убрала! — прикрикнув на Дарью, скользнула вперёд и выбила ствол из руки, сломав при этом несколько пальцев.

Ждать, пока истеричка заорёт, не стала — ловко выудив эликсир из хранилища, плеснула содержимое в рот и выпустила из железных объятий трепыхающееся тело. В этот момент меня больше тревожили прожаренные соратники, нежели нервозные близняшки.

Регенерация работала отменно, но я всё же решила подстегнуть процесс живой водой.

Дело пошло веселее, и вскоре княжны начали приходить в себя. Первой очухалась Лопухина. Распахнув глаза, проморгалась и тут же, резко выхватив нож, приставила к горлу.

— Ты кто есть, тварь?! — нажав на клинок, зло прохрипела подруга.

— Мозги оплавились, мать? — раздражённо парировала я, даже и не подумав устраниться.

Слева и справа от меня защёлкали оружейные затворы.

— Други мои… чем косяки забивали? Херотой, что ли? Ежели так, скорбны ваши дела!

— Ребят, угомонитесь, не порите горячку, не демоница это, просто Ольга Фёдоровна слегка не в форме.

Правда ведь, Оль? — Лё Гран, опустив пистолет, смело подступила ко мне.

— Что здесь происходит? — громом прогремел зычный, теперь уже генеральский голос. — Понятно! В первый раз, значится? Оружие убрать! Куда суёте, салаги? На предохранители кто ставить будет? — Шорох, свирепо зыркнув на компанию подростков, продолжил менторским тоном: — Подобное с Её Высочеством случается периодически. Ольга Фёдоровна, может, тебе принять привычный облик, а то без пастуха овцы не стадо! Ишь чего удумали, на борту стрельбу устроить!

— Не корите, господ, Ваше Превосходительство! Это я, дура грешная, с перепугу пару раз пальнула!

— Простите, барыня, бес попутал, не признала! — белугой заревела Дашка.

— Счастье-то какое, жива матушка наша! Глашка, чего разлеглась, а ну, вставай живо, Ольга Фёдоровна с того света вернулась! — Пнув сестру в бок, ринулась ко мне обниматься.