Райдзин. Проект "Цербер"

Перед тем как осознанно начинать свою новую жизнь, делая выбор – бежать или остаться, подарил себе пару десяток секунд блаженства. За это время не думал вообще ни о чем, стоя с закрытыми глазами и запрокинув голову. После вернулся к зеркалу, наклонился к крану – горло пересохло, надо воды попить. Наплевать, что из-под крана в туалете, мне сейчас хоть чуть-чуть энергии где-то взять надо.

Вопрос жизни и смерти – предчувствие опасности определенно не врет.

Пока присосавшись к крану глотал холодную невкусную воду, услышал голос медсестры.

Она что-то говорила, как вдруг оборвалась на середине фразы. Все, нет больше медсестры с круглым лицом – понял я с полной уверенностью.

Несмотря на выпитую воду, горло снова пересохло. Пришлось даже приложить некоторое усилие, чтобы сбросить с себя оцепенение страха. На деревянных ногах подошел к двери туалета, едва приоткрыл, выглянул. Успел заметить, как мелькнули полы белого халата – постукивающие каблуки зашли в двадцать третью палату. Это не догадка, это я номер таблички только что на приоткрытой двери увидел.

У меня есть выбор сейчас. Дверь на лестницу вниз вот она – прямо передо мной. Пара шагов, и я в безопасности. Вот только совсем недалеко, в двадцать третьей палате, моя сестра. Пусть «сестра», в кавычках, но она теперь моя.

Вышел из туалета, захватив с собой стойку для капельниц. Приподняв ее, чтобы колеса не жужжали по устилающим пол плиткам керамогранита, подошел к двери двадцать третьей палаты. Двигался уже легко, плавно – болезненная слабость прошла, да и на адреналине я сейчас.

Страха тоже больше не было – весь в туалете остался.

За дверью палаты слышалась возня – сдавленные крики и звуки борьбы. Коротко выдохнув, чувствуя, как бьется в висках кровь, открыл дверь и зашел внутрь. Палата – близнец той, в которой очнулся я. Здесь тоже четыре койки, и тоже занята только одна – на ней сейчас пыталась вырваться, придавленная сильными руками, среброволосая девушка.

Опять лица не вижу – лежит девушка на спине, но густые локоны в беспорядке, закрывают его почти полностью.

Рядом с кроватью трое; двое массивных мужчин – один из них держит ноги девушки, второй перехватил руки и коленом давит ей на грудь, безо всяких сантиментов жестко прижимая к койке. Рядом суетится женщина, у нее в руках иголка шприца и сам шприц, по отдельности. Все трое – в обычной одежде и накинутых сверху белых халатах.

Едва зашел в палату, как на мне скрестились взгляды стразу трех пар глаз.