Райдзин. Проект "Цербер"

– Ты пришел за мной, – едва слышно сказала она, почти без вопросительной интонации.

– Да. Меня арестовала Дефензива, но освободили эти люди, – показал я на карету скорой помощи, которая выключив фары стояла в тени раскидистого дерева на обочине.

Говорить приходилось громко, непривычно громко, вдвое-втрое сильнее от обычного, настолько маска голос глушила.

– Кто они? – спросила Наоми.

– Я их не знаю. Сами они говорят, что из русской армии и готовы эвакуировать нас в Россию. Ты поедешь со мной?

Желтое сияние глаз сестрички-кицуне приглушилось, зрачки из вертикальных стали человеческой формы.

– А ты меня возьмешь? – негромко, и даже вроде как с боязнью и смущением спросила она.

– Конечно. Просто я не знаю, можно ли им верить. Если у тебя есть надежные друзья или место, где ты можешь…

– Мне некуда идти, – уже совсем тихо сказала девушка.

– Тогда пойдем.

Хотел было взять ее за руку, но передумал. Вспомнит еще, как «я» недавно удерживал ее в компании других, располосует рефлекторно.

– Пойдем, – еще раз повторил я.

Наоми, перетекая как вода, последовала за мной и юркнула в машину. В салоне она уже полностью вернула себе человеческий вид – вместе с эмоциями, и сейчас с интересом рассматривала бойцов эвакуировавшей нас команды. Матерые мужчины, что интересно, девушку заметно остерегались; ее прямые взгляды определенно заставляли их нервничать.

После того как мы выехали с заброшенной территории у Старой мельницы, ехали совсем недолго – всего несколько минут. После свернули на грунтовку в редком перелеске и пересели на спрятанный в лесу микроавтобус.

С эмблемами, надо же, ветеринарной клиники в виде веселого зверя, похожего на Тигру из голливудского Винни-Пуха.

Когда поехали дальше, в машине так и было тихо. Никто нам ничего не говорил, а сам я не спрашивал – смысла нет. Даже если нас в какую-нибудь новую задницу везут, правды все равно никто не скажет.

У меня конечно роились множественные вопросы, но думаю задавать их стоит точно не вывезшим нас из города бойцам. Кроме того, надо бы мне продумать стратегию поведения – собственно то, что я буду говорить или отвечать на вопросы, которые мне вскоре зададут.

Помогает факт того, что потерял память, но все же стоит прикинуть, какие каверзные для себя вопросы могу услышать.

Наоми, сидевшая рядом, вдруг навалилась на меня. Я повернулся – девушка спала, прикорнув на моем плече. Судя по всему, серьезно устала – под глазами синяки, щеки впалые. Похоже, у нее просто кончились силы после трансформаций.