Воронов - вы не маг!

Стандартная боевая подготовка и стандартный набор заклинаний.

Маскировки у нас никакой не было, поэтому мы двинулись напрямик, по протоптанной тропке. Если нас ищут, то обязательно найдут. Но с этим ничего не поделать.

- Трещина растет, - констатировала Ника.

Трещина на небе и правда росла, вот только пока что ничего не происходило. В трещине царила чернильная темнота, но если в неё долго вглядываться, то можно было увидеть неоднородность тьмы. Она перетекала из одной хаотичной в другую, и долго на это было невозможно смотреть.

- Вижу деревню, - сказал я после десяти минут ходьбы. – Двадцать домов, у каждого загон со скотом.

- Жители?

- Жители собрались на небольшой площади и... молятся? – удивился я. – Сейчас подлечу поближе и послушаю.

- Славься Чернобог! Славься Чернобог! – твердил хор крестьян.

Они собрались вокруг деревянного тотема, снизу доверху покрытого чёрными потеками запекшейся крови, и заунывно тянули свое «славься».

- Не гневайся на нас, Чернобоже! – заголосил какой-то старик, и все вокруг затихли. – Прими от нас эту жертву! Прими во славу твою! Прими и помилуй твоих верных рабов!

Вскочив, старик вцепился в молодую девицу рядом и потащил её к тотему.

- За что, папенька?! – заорала девушка с длинной русой косой до пояса. – Я не хочу!

- Только не вмешивайся! – шикнула Николет, ибо я пересказывал своим о том, что вижу.

- Ага, - сказал я, и один из воронов налился огнем, после чего метнулся прямо в кровавый тотем.

Старик уже заносил нож над брыкающейся девицей, но ворон помешал ему. Взрыв разнес середину тотема в щепки, а девушку и старика отбросил в сторону, слегка оглушив.

- Что ты сделал?

- Взорвал тотем, - ответил я, глядя, как из небесной трещины свесилась огромная черная капля и через мгновение сорвалась, полетев вниз.

Через несколько секунд полета, капля плюхнулась точнехонько на ту самую деревню. Мои вороны были мгновенно уничтожены, и пришлось подтянуть дальних разведчиков, чтобы увидеть, что там происходит.

А происходило там что-то нездоровое.

Упав на деревню, капля мгновенно впиталась и исчезла. Никаких разрушений видно не было, а вот сами жители делали что-то странное. Да и не только жители. Даже скот в стойла сейчас шёл в центр деревни, где её жители стали пожирать остатки взорванного мною тотема.

Ломая зубы, они вгрызлись в твердое дерево и с трудом пропихивали его в горло.