Воронов - вы не маг!

Крик был столь мощным и сильным, что звуковая волна вспахала землю и чуть оглушила меня.

Но... не помогло ему это, в общем. Тени были глухими, а новая атака более неуклюжей, чем молния. А тени тем временем стали пожирать его кости. В отличие от моих клинков, они относительно легко дробили кости существа.

Оглушающий хруст дробящихся клювами костей. Вой всё еще живого монстра. Молнии, бьющие непонятно куда.

Зрелище, что предстало передо мной, было поистине сюрреалистичным и пробирающим до костей.

Вот монстр упал на одно колено, и его перекушенную ногу оттащили в сторону, и несколько пожирателей стали жадно её расчленять.

Монстр упал на землю, но отчаянно боролся со своими противниками.

Тщетно. Пожиратели жрали тварь полчаса, и всё это время я стоял рядом, наблюдая за жутким зрелищем.

То ощущение, что исходило от существа, вскоре пошло на спад, а когда пожиратель сожрал последний кусочек кости, оно окончательно пропало. Вот только нарисовалась новая проблема в виде самих пожирателей.

Я не контролировал их. Это были не мои вороны, а злые и голодные твари, чья суть заключалась в пожирании всего и вся.

- Внемлите мне, тени, - хрипло и громко сказал я. – Я призвал вас и даровал свободу! Примите союз со мной, и в следующий раз ваш пир будет более сладок!

Пожиратели смотрели на меня не моргая. Я чувствовал их голод, который не смогло утолить даже столь сильное существо. Но они понимали, что без владеющего даром теней долго не продержатся в этом мире, сколько бы энергии они ни поглотили.

Рано или поздно свет выжжет все тени, но за это время они смогут наесться сладкой плоти, в том числе и моей.

Но если подчинятся, то я буду призывать их и кормить. Если разум сможет победить над инстинктами, то у них будет постоянный источник пищи...

Не победил.

Первый пожиратель сорвался и бросился на меня. Он был почти сытым и полным сил, а я ослаблен боем и их призывом. Вот только это ничего не значило.

Взмах клинка вспорол пожирателя, разрезая его напополам, и монстр мгновенно разлетелся на теневые ошметки.

Но он подал пример своим собратьям, и те рванули на меня всей толпой, в надежде, что смогут задеть меня, ослабить и пожрать.

Я чувствовал все их низменные и простые эмоции. Голод опять подавил их странный и извращенный разум, так что я разрезал их клинками без жалости и сострадания. Для меня они были такой же легкой добычей, какой для них стала непонятная тварь недавно.