Воронов - вы не маг!

Даже сильнейший маг в мире сможет полностью восстановить резерв с помощью крохотного камушка маны.

А ещё они постепенно перезаряжались, и тут размер уже имел значение. Крупный камень перезаряжался куда медленней, чем более меньшего размера. Но даже такая разница не особо влияла на ценность камня.

Я веду к тому, что теперь понимаю, почему девушка не хотела светить лицом, понимая, что наличие камушка может всплыть вот в такой ситуации.

- Клянусь честью рода Вороновых, что я и мои сестры будем держать наличие у тебя этого камня в тайне и не попытаемся отобрать его.

- Хех, - только и сказала Алёна, понимая, что клятвы-клятвами, а камушек куда ценнее любой чести.

Ножичком в печень, никто не вечен...

- Чего вы такие хмурые? – фыркнула Анастасия. – У нас их вообще пять!

- Врать нехорошо, - осуждающе покачал я головой.

- Я не вру! Машка их тоже видела!

- Дура, - вздохнула Мария.

- Что такого?! – возмутилась Анастасия.

- Молчи, - прошипела Мария.

- Нет, погоди, - остановил я Марию, собирающуюся сказать еще что-то.

– Если у нас и правда были Кристаллы Маны, то нападение имеет смысл. Вот только почему наследник рода не знал о них, а ты знала?

- Случайно увидела... – смущенно ответила Анастасия. – Мы тогда играли с Машкой в прятки, и я спряталась в гостиной. К отцу приехал какой-то человек и передал эти кристаллы...

- Сколько же всего я не знаю о нашем роде, - вздохнул я. – Всё, поговорили и хватит. Какой план на станцию?

- Пробиваться с боем, - пожала плечами Алёна.

– Перекрою проход у нас за спиной, но боюсь, что не смогу применять мощные заклинания на станции. От огня вообще может сработать система пожаротушения, и нас зальет водой.

- Ладно, будем импровизировать, - махнул рукой я и пошёл вперед. – Еще метров сто, и мои разведчики смогут влететь на станцию.

Я не тратил лишнюю силу, понимая, что она мне еще может понадобится. Поэтому не пытался вести разведку слишком далеко, да и смысла в этом не было.

Слова Анастасии меня удивили, но я и так догадывался, что отец промышляет контрабандой.

Ничем иным это не могло быть. Правда, не думал, что в таком масштабе.

Боюсь, что если мы тут выживем, то нам придется в срочном порядке менять внешность, документы и залегать на дно в самой глухой деревеньке. Иначе нам самим помогут залечь на дно, но уже в озере, с ногами зацементированными в тазике.

Не знаю, какие обязательства у отца были перед контрабандистами, но теперь они перейдут ко мне.