Стиратель

Делайте что хотите, но в течение двух недель он должен быть здесь.

Выхожу из начальственного кабинета с чувством некоего недоумения. А чего это Автократыч так быстро сдал назад? Понятно, что позиция у него слабая, но всё-таки более высокое положение даёт свои преимущества. И я кое-где прокололся, он мог на этом сыграть. Уже в ординаторской на диванчике соображаю. До полной увлечённости Тенью никогда не был особо уступчивым. Не зря же он меня постоянно премий лишал. По каждому поводу.

Глава 3 Врач, исцелись сам

На сестринском посту опять сидит полицейский и заполняет протокол.

Не могу припомнить, это тот же, что приходил в прошлый раз, или уже другой. Вид у них у всех одинаково замотанный, потрёпанный, как заношенный до заплаток пиджак.

Спрашиваю Свету:

– У нас опять кто-то умер?

– Неа, – отвечает сестра, не поднимая головы от чьей-то историй болезни. – Хотя такими темпами кто-то скоро умрет, но, слава Богу, не у нас. Женщина, двадцать семь лет, два сломанных ребра, разрыв селезенки, множественные гематомы.

Госпитализирована из дома по скорой, прооперирована, состояние стабильное. Третья палата.

Дело ясное, но уточняю для порядка:

– Побои?

Полицейский отрывается от протокола и закатывает глаза к потолку:

– Потерпевшая утверждает, будто упала с лестницы. А я полдня потратил. И зачем, спрашивается, вызывали полицию, если это «падение с лестницы»?

Кавычки он обозначил, согнув в воздухе на руках по два пальца.

– Ну, вы же знаете, у нас проверки, – оправдывается Света.

– В выписке отделения травматологии указано «предположительно насильственные травмы, тяжкие телесные повреждения». Если мы не сообщим в полицию и проверка это выявит, всех на уши поставят, а нам это зачем?

– Да понятно все, – полицейский вернулся к протоколу. – Просто и вы поймите, я уже на неделю квартальный отчет просрочил, а надо постоянно выезжать на такие вот «падения с лестницы». И еще к мужу ее тащиться, отлавливать его и то же самое выслушивать. Ну да, лестница – это еще что. На днях одна такая же с ножевым была, так пришлось писать в протокол: «чистила яблочко, нож соскользнул, сама себе нанесла травму».

– Же-есть, – рассеянно тянет Света, раскладывая листы назначений.

Что поделать, истории такого рода привычны и полицейским, и медикам и особых эмоций не вызывают.

Беру с поста историю болезни и иду в третью палату. По опыту подобных случаев ожидаю увидеть расцвеченное фингалами лицо, но дамочка выглядит неплохо – по лицу муж не бил.