Возрождение рода Геноцидовых. Том 1

У меня есть мозг, в отличие от некоторых. — В этот момент Анна посмеялась, но быстро исправилась, чтобы Ангел С-класса не заметил. — И я прекрасно знаю, что пока я не Демон или Ангел, то и деньги за убийство монстров получить не смогу. Так что на монстров не претендую. Впереди ещё много убийств, так как я отправлюсь за Стену в качестве Демона, а не буду прославленным имбецилом, который ходит группой и никогда не воюет один. То есть у него просто не бывает такого, чтобы он остался один.

Я был в ударе, точнее, память реципиента. Благо Артём был максимальным задротом, что сыграло мне на руку. Простолюдины не любили Демонов так, как Ангелов, потому что не видели, в какую грязь окунаются Демоны. Но зато они видели, как толпа Ангелов убивает одного монстра. Вот это геройство… вот это отвага.

Мир всегда несправедлив. Но чтобы он существовал, кому-то приходится на невидимой стороне защищать тех, кто внутри Стен. Иначе монстры прорвутся, и тогда Ангелы завизжат от страха, потому что не будут готовы к такому развитию событий.

Тут к нам спустился ещё один Ангел С-класса, но повыше уровнем. Он всё увидел, понял, что это я и Анна справились с монстрами, похвалил нас и вызвал бронетранспортёр.

— Поедете с нами, — сказал он.

Наш курьерский синий Жук уже всё, закончился. Поэтому я не стал спорить или выпендриваться. Всё равно в одну и ту же академию едем.

Вообще, военная академия АиД — это только слово такое надоевшее «академия».

На самом же деле здесь практически не было теоретической учёбы. Здесь была практика. Теорию можно и дома почитать. А вот три года практики, которая ничем не отличается от настоящей работы по убийству монстров, — это и есть то самое, что подразумевают под военной академией АиД.

Это как ездить на работу, с которой можно не вернуться или, скажем, задержаться. Но не на часик-другой, а на день-два-неделю… и даже месяц.

Но это больше касается тех, кто выбрал путь Демона.

И вот то же самое ждало меня.

Когда меня и Анну доставили в АиД, где куча простора и одноэтажных серых зданий, заточенных под тренировки, то мне сразу же добровольно-принудительно предложили пройти в штаб, в комнату допроса. Как и ожидалось, я получил там кучу интересной информации насчёт родового поместья и «шикарной» возможности его вернуть.

— Вернуть? — уточнил я.