Книга первая. Опала на поводке

Пусть совсем не почитаемый и даже когда-то считавшийся демоном, но бог! Разве могут сравниться с богом какие-то несчастные кицуне, тануки, некоматы и прочие злосчастные твари, липнущие к человечеству как мухи к меду? Нет. Разве, в таком случае, не заслуживают Иеками куда более высокого места в иерархии японской аристократии, нежели чем простой шестисотлетний род? Еще как заслуживают. Сила крови говорит сама за себя!

Но слышать это никто не хотел. Прямых потомков бога грома, Райдзина не то чтобы игнорировали, но жестко осаживали каждый раз, когда те начинали демонстрировать неуемные амбиции, желания и гордыню.

Учитывая, что демонстрация и осаживание были событиями на диво регулярными, то можно сказать – род пребывал в вечной изоляции от цивилизованного общества и не стремился исправляться, варясь в собственном соку.

Рейко была очередным щелчком по носу своего же рода, пришедшим оттуда, откуда не ждали. Воспитанная в духе превосходства своей семьи, на удивление мирная и несклочная, в отличие от своих родственников по крови, она была послушным и внимательным ребенком лет до тринадцати, пока ее не решили выдать замуж за очень богатого простолюдина, просящегося в слуги рода.

Превосходство Иеками в тот день сменилось превосходством Рейко. Втоптав в пыль всю свою семью, и чудом не убив никого важного, только самого простолюдина и десятка слуг, раздраженная девушка, искрясь от молний и негодования, высказала своему сильно дымящемуся деду много хороших слов, популярно объяснив, что с ней придется договариваться, а не приказывать.

Они договорились, но Рейко хорошо запомнила, как выглядят лица тех, кто внезапно столкнулся с мощью, превосходящей их собственную на порядок.

Сейчас, сидя у маленькой щелочки за раздвижной дверью и предупреждающе воткнув палец под ребро забывшей как дышать слуги, Рейко наблюдала у своего отца и деда то же выражение лица. Человека, внезапно столкнувшегося с необоримой мощью, представленной гостем в смешной шапке.

– …двадцать лет? Это бред! – взорвался Иеками Рюдзи, вскакивая с места.

Его отец продолжил сидеть с полуприкрытыми глазами.

– Как Голос Императора я обязан повторить его слова в наиболее доступной форме, – жестко прервал крики одного из хозяев дома сидевший напротив него человек, – Император разгневан на род Иеками за их грубую выходку по отношению к приглашенному ими самими гостю, Эмберхарту Алистеру. Насмешки, угрозы, неучтивость – все это бросило тень не только на сам род, но и на всю страну.