Книга первая. Опала на поводке

– Есть лишь необходимость ответить на поставленный вопрос, мисс, – задумчиво сказал он, разыскивая взглядом беглянку, – Я ранее не совсем понял, даже, скорее, недооценил слова сэра Алистера о том, что мы здесь находимся на враждебной территории для выполнения миссии. Моя точка зрения была пересмотрена…

Чарльз поднял пружину, ловко вдел ее на место и явно привычными движениями за полторы минуты собрал пистолет. Оттянул затвор, щелкнул спусковым крючком, подумал… и снова полез по ящичкам.

Анжелика молчала.

– Боюсь, я вынужден быть настойчив, мисс Легран, – поделился с ней Уокер, – В следующие выходные мы поедем пополнять арсенал, мне бы хотелось приобрести для вас оружие. На всякий случай, предпосылок к которому – нет. Но сэру Алистеру виднее. Повторюсь – у вас есть опыт, предпочтения… или пожелания?

Мысли продолжали метаться, сталкиваясь и разлетаясь. Анжелика точно, совершенно точно, абсолютнейше точно хотела остаться на этой должности! Быть максимально полезной при этом предполагалось само собой, но природная осторожность усиленно сопротивлялась, просто заваливая разум волнами паники и сомнения.

Но, с другой стороны, сэр Алистер был так добр, что развеял ранее ее страхи в пыль… Но, как же боязно… Разве порядочной девушке пристойно...?

Холодный голос внутри девушки произнес: «Ты просто пытаешься жить с хорошо легшей на твое лицо маской, дура.

Тебе открыто говорят, что ее может быть недостаточно. И что – сдохнешь, но будешь ломать комедию до конца?»

Анжелика решилась. Враждебная территория? Она будет хорошей горничной. То есть той, что нужна именно тут.

И начала диктовать.

Седьмого апреля 3295 года со дня смерти Шебадда Меррита, Узурпатора Эфира, запомнился Чарльзу Уокеру, как день, когда он бесславно и сокрушительно потерял мимический контроль. Третий раз в жизни.

Глава 9

Этим прекрасным весенним утром была просто замечательная погода.

Дул приятный легкий ветерок, несущий запах распускающихся почек, бодрила влажная прохлада, во дворе академии Якусейсшо несколько членов дисциплинарного комитета гоняли дико визжащую свинью, а я сидел за партой и смотрел на стоящую передо мной гранату.

– Алеша? Ты чего застыл как неродной? – сзади меня аккуратно потыкали в плечо распутинским пальцем.