Сам себе князь

-Только твоя ферма в тысяче километров от города, и если бы ты верил в возможность вторжения, ты был бы сейчас там, - сказал Джереми и ткнул пальцем в яхту. - К тому же, у нас есть вот он.

-На прогулочном корабле.

-Лорду Реджинальду боевой корабль и не нужен, - заявил Джереми. - Лорд Реджинальд - сам по себе оружие, величайший воин Британской Империи, и, скажи мне честно, много ли ты знаешь Мастеров, способных сравниться с ним в мощи?

-Как минимум, одного, - сказал Ник.

-Только вряд ли он есть на борту одного из этих кораблей, - сказал Джереми.

- Он же никогда не покидает столицы. А с обычными Мастерами Лорд Реджинальд разберется одной левой, а правой будет писать примечания к «Искусству войны».

-Автор которого, кстати, не англичанин.

-Возможно, это будут критические замечания, - сказал Джереми. - Послушай, это геополитика, а геополитика, это, на самом деле, просто. Возьми логистику. Ты сам говорил, океан большой, пересекать его - дорого, и если ребята действительно захотят увеличить свои территории, то в первую очередь они должны смотреть на Дальний Восток.

-Там они столкнутся с русскими, - заметил Ник.

-А здесь они столкнутся с нами. Или ты считаешь, что русские страшнее, чем мы?

-Я не знаю, - признался Ник.

-А я знаю! - торжествующе заявил Джереми. - Потому что я изучал историю, в отличие от тебя. Дальний Восток де-факто не принадлежит Российской Империи, и значит, их аристократия не будет за него биться.

-Тем не менее, Российская империя не признала республику, - сказал Ник.

- То есть, может быть, Дальний Восток им де-факто и не принадлежит, но они так не считают.

-Какая кому разница, что они там считают? - спросил Джереми. - У них только недавно, по историческим, разумеется, меркам, закончились смутные времена, у них полно внутренних проблем, и если они не были готовы вернуть Дальний Восток силовым путем, то биться за него с новыми хозяевами они тем более не станут.

-Тебя послушать, так все действительно просто, - сказал Ник.

Сам он изучал историю исключительно факультативно, и несмотря на то, что в его жилах текла четверть русской крови, проблемы смутных времен Российской Империи его не слишком заинтересовали.

Он знал, что дальневосточный анклав отделился от Империи и провозгласил себя республикой, и что было несколько попыток вернуть его обратно, но не слишком масштабных, а потому - не слишком успешных.