Русь-XXI. Повесть о ненастоящем человеке.

— И при замене паспорта и пожаловании дворянства глубокая проверка проводиться не будет? — подозрительно уточнил я.

— Скажем так… верховный князь всегда точно знает, кому выдает патент, независимо от того, будет проверка или нет. Поясню момент… Всякое государство нуждается в достойных людях. Их, этих людей, никогда не бывает достаточно, их вечно не хватает. И потому государство вынуждено искать их любыми правдами и неправдами, причем не только среди своих граждан… Для этого некоторые люди наделяются правом выдавать кредит доверия, назовем это так.

Например, таким правом наделен я. Если выданный кредит оправдан и отработан — вопрос раз и навсегда закрывается к всеобщей радости. Если нет… Ну, с меня, конечно, за ошибочно выданный кредит спросят…, но не так строго, как с владельца поддельного паспорта. Надеюсь, понятно разъяснил.

— Более чем, ваша светлость, — подтвердил я.

Ну что ж, я на крючке, как и предполагалось. Маслов совершенно четко дает понять, что если я не оправдаю его надежд — мне предстоит держать ответ и за нелегальный въезд, и за поддельный паспорт.

И спрыгнуть с поезда не выйдет, это я тоже изначально понимал.

Полковник расплылся в улыбке, словно плантатор, выгодно купивший нового раба:

— Вот и славно. Канцелярия на первом этаже.

Я тоже улыбаюсь ему в ответ:

— Вас понял, уже иду. Спасибо, ваша светлость!

Итак, ставки возросли. Я приобретаю ценные возможности, цена провала увеличивается.

Но мы еще посмотрим, кто кого переиграет — и буду ли я вообще играть в эту игру.

Инцидент на медосмотре

Бумажная волокита оказалась упрощена до предела. Я написал заявление, приложил свой новообретенный паспорт — и все. Клерк — женщина средних лет в военной форме — спросила с меня рекомендации, дипломы и любые другие документы, которые мне будет угодно приложить, на что я только развел руками: у меня ничего этого нету.

На то, чтобы отнести заявление на подпись куда-то там, ушло минут пять, а затем за мной пришел сухопарый человек за пятьдесят в белом халате, но с шевроном на рукаве: медосмотр.

— А что, контракт там, присяга и все такое — это потом, после поступления? — спросил я.

— Это все на втором семестре, — ответила женщина-клерк. — Смысл что-то там заключать с тем, кто может вылететь в первом же семестре?

— Ах, ну да, «последний легкий день был вчера»...

— Вот-вот.

Осмотр был похож на тот, что в подпольном «колизее», физическую проверку я легчайше сдал.