Книга третья. Рыцарь в клетке

– За что? – вяло полюбопытствовал я, щелчком пальцев разрушая очередную атаку оппонента.

– Рожа у тебя, Эмберхарт-кун, слишком довольная…

– У меня белая полоса в жизни.

– Смотри не ослепни от её блеска.

Услышать от Икари Кёйке дельный совет было совсем уж неожиданным событием, приблизительно такого же уровня, как получить от одной из бегающих по территории академии кицуне бесплатный массаж. Сообщив об этом своему соседу по комнате, я поймал от него лицом метко и быстро брошенную подушку. Кара была признана заслуженной, но затаить – я затаил.

В шутку. Редкие дружеские отношения с однокурсниками приходилось ценить.

А вот кицуне… их присутствие изменило саму атмосферу в Якусейсшо. Проворные и вежливые лисолюди были, казалось, везде, куда падал взгляд. Подметали, носили, мыли… в общем, мирно суетились поблизости от студентов, кардинально отличаясь своим легким и веселым нравом от угрюмых, подозрительных и прямолинейных комаину. Более того, они были эффективнее даже как стражи порядка, смело влезая между конфликтующими студентами, весьма любящими выяснять, у кого энергетическая мышца объёмнее и череда ручных печатей длиннее.

Кицуне гасили ссоры, снабжали желающих всякой мелочовкой за деньги, сплетничали и шутили.

Но…

Подобная эффективность достигалась проворными Иными за счет непревзойденного умения подкрадываться, шпионить и подслушивать. Юркие девушки и юноши, весело размахивая своими объемными рыжими хвостами, совали свой нос буквально в каждую щель.

Говорить о чем-либо серьезном на территории академии стало делом весьма рискованным – поросшие рыжей шерстью уши фигурально росли у чего угодно, включая стены, потолки и унитазы.

– Пойдем уже, наверное? – выдал предложение огненноволосый ревнивец, легко соскакивая с кровати, на которой до этого предавался ленивой тренировке техник. Кёйке критично себя оглядел, удовлетворенно кивнув увиденному, – Не хочу стоять в очереди.

– Куда пойдем? – вяло удивился я. Совместная тренировка, которая нам обоим шла на пользу, выдавала стабильные результаты, из-за чего мои навыки по разрушению некоторых чужих техник стали рефлекторными.

Пока Икари кидался в меня различной гадостью, я умудрился забыться в мечтах, как буду использовать то, что привёз мне большой добрый корабль с красивым именем «Граф Домин».

Перед внутренним взором вновь мелькнуло дёрганное лицо Феррерса, задирая настроение от проделанной над ним пакости еще выше.