Книга третья. Рыцарь в клетке

Теперь же, когда выяснилось, кто был автором как бездействия, так и неприятностей, материалы легли мертвым грузом.

– Спасибо за идею, Дарион… – поблагодарил я существо, отлично притворяющееся простым японцем.

– Сколько раз я буду вынужден тебе повторить, Эмберхарт! – закатил глаза тот, кого знали под именем Накаяма Минору, – Дарион Вайз! Не смей сокращать моё имя!

У всех свои предпочтения. Демоны очень чувствительны к своим именам, малейшее искажение звучания их раздражает посильнее, чем пытающийся удрать от них грешник.

Тем более что, несмотря на многосоставность, ничего наподобие фамилии или отчества у них не бывает. Дарион Вайз – это одно имя.

Слушая отчет деловито бормочущего одержимого, я делал засечки в памяти. Поверенный утверждал, что на данный момент финансовые дела мои достигли определенной стабильности. Часть акций отложена, часть он поменял на аналогичные бумаги местных предприятий, от части избавился, продав. Ожидался небольшой, но приятный пассивный доход, «размазанный» по множеству источников.

Все могло быть куда интереснее, носи я уже фамилию Иеками, но клеймо чужака было помехой серьезным движениям в бизнесе. Курочка пока клевала по зернышку…

Одним из таких зернышек вполне может стать реформа образования. «Маленький шажок для Алистера Эмберхарта в получении положительной репутации – большой бардак в культурных ценностях и системе преемственности поколений чужой страны». А почему бы и нет? Я и так настолько далек от образа положительного героя, насколько это вообще возможно.

Брак по расчету, кооперация с потусторонними силами, убийства из выгоды, шантаж и вымогательство, если уж вспомнить, каким образом я выбил себе из Распутина алый дирижаблик. Ах да, Гэндзи Момо и Гримм… вполне могу считать себя еще и рабовладельцем.

Обычный англичанин.

– И еще, Эмберхарт, – Накаяма замер в шаге от двери, оборачиваясь, – Советую тебе туда идти как представителю Иеками и с её благословения.

– С какого перепуга? – нахмурился я, а затем испытал просветление, случающееся, когда мысль догоняет слово, – Это гениально!

Поверенный ухмыльнулся, как поймавший на необитаемом острове русалку моряк, и ушел в свой кабинет. Посмотрев на дату оповещения, я ругнулся. Сегодня. Наверняка преподавателям отправляли за пару недель! Но так даже лучше, все равно день свободен. До момента, когда начнутся тренировки с «Паладином», я должен успеть максимум.