Книга третья. Рыцарь в клетке

Старый лис паниковал куда сильнее, чем остальные профессора и учителя, до многих из которых еще не дошел весь ужас происходящего, я его вполне понимал – на плечах у пожилого кицуне была не мелочевка вроде нескольких десятков людей, а ответственность за всех своих Иных, многим из которых он приходился родственником… в общем, чуть не дошло до драки. Припомню при случае старому козлу, что для меня фраза «Иеками сама справится» не тот аргумент, чтобы рисковать жизнью ради подозрительных Иных, которым я ничего не должен…

– Стой, Ариста!

Рейко стояла у моего стола, протянув руку и указывая на черную ахейскую свечу, мирно горящую на своей подставке.

– Это та же свеча, что я видела неделю назад? – спросила она.

Я неохотно кивнул, чувствуя, как под ногами коротышки чуть-чуть хрустнул метафорический лед.

– У тебя есть вечная свеча… – начала загибать пальцы сероглазая малышка, смотря на меня самым серьезным из всех своих взглядов, – …есть Камилла и Эдна. Они странные. Я видела, как работают твои лекарства, которым ты поил Уокер-сана.

– Я знал, что этот момент настанет…

Говорить будущей жене, что я никакой не маг и не волшебник, а всего лишь аристократ из старого рода, якшающийся с демонами, алчущими человеческих душ, убийца, грабитель, лжец и будущий палач, было бы… немного чрезмерно. Она бы, конечно, перестала бы тревожиться, но лишь потому, что нас бы упокоили обоих. Каждое слово нужно было выверять предельно тщательно.

– Такая свеча есть у императора, – повторил я жест Рейко, – а еще где-то у пяти-шести глав родов в вашей стране. Можешь спросить у Его Величества, насколько странными ему кажутся мои возможности и окружение, он тебе ответит, что волноваться незачем. Но не более. Это не мои тайны, Рейко – за их распространение убьют меня, тебя… императора. Любого.

Пару минут мы играли в гляделки. Из приоткрытого окна уже слышалась перебранка Легран с прилетевшими на обещанном дирижабле солдатами.

– Я хочу знать, что ты не волшебник и не телокрад, – наконец произнесла Иеками, тут же потребовав, – Поклянись Райдзином!

– Клянусь именем Райдзина, что ничего не знаю о магии и волшебстве, а также в том, что никогда не захватывал чужое тело! – прочеканил я громко и сердито. Подростковый эгоизм требовал обидеться на такое недоверие, но взрослый разум понимал тревогу девушки, чья страна сейчас с размаху въехала в огромный кризис. Хаос раздувал паранойю.