Воздушные фрегаты-5. Большая игра

– Императрица Евгения жаждет его крови и отчего-то вбила себе в голову, что именно ты должен ей в этом помочь!

- Да ладно!

- Ты мне не веришь?

- Верю-верю, просто не очень понимаю, как это возможно?

- Даже не знаю, как тебе сказать… в общем, она ненавязчиво поинтересовалась, можно ли лишить одаренного его способности к связи с энергосферой?

- Что?!

- Вот именно!

- Хм. Для такого человека, как князь «Эгалите», сколько я его знаю, это было бы худшим наказанием…

- Еще бы, – лукаво улыбнулась Саша. – Из почти что гроссов в простецы.

Это хуже, чем из князи в грязи… Погоди-ка, ты что, это можешь?!! – она внимательно посмотрела на мужа, широко распахнув и без того широкие небесно-фиалковые глаза, отчего у него на миг даже вылетело все из головы, до того его любовь была прекрасна в этот момент…

- Кхм… никогда не думал об этом, – в первый раз в своей супружеской жизни соврал Март.

[1] Точность вежливость королей.

[2] ИНК – Индийский Национальный Конгресс. Партия создана в 1885 году.

С 1920 под руководством Махатмой Ганди добилась очень значительных успехов в борьбе за независимость Индии от Британской империи. Индия обрела суверенитет в 1947.

Глава 5

Прекрасно ты, Петра творенье… Да, осенний и мирный Санкт-Петербург образца 1942 года был величественен, огромен и донельзя, при том круглосуточно бодр.

Всякого, кто оказывался здесь, будь это интеллигент и местный житель в третьем поколении; студент, прибывший покорять столицу; турист, благоговейно открывающий архитектурные красоты великого города; приезжий, снующий по делам; иностранец, с завистью взирающий на богатства Северной Пальмиры, – всех их захватывал и пробирался внутрь мощный ритм пульсации его сердца, по чьим артериям: набережным, проспектам, улицам и бульварам, воздушным, речным и морским, а также железнодорожным путям и узловым центрам: портам и вокзалам, – бежала живительная, деятельная сила, добираясь до самых отдаленных окраин необъятной империи.

Все шумело, сверкало, стремительно двигалось нескончаемыми потоками людей, машин и кораблей.

И лишь закованная в гранит Нева, строгая аристократическая красота каналов, дворцов и храмов как бы застыли в этом беге времени, оттеняя своей вечной красотой быстротечность людской суеты.

Ничего удивительного, что в разгар дня весь город стоял в пробках. Только элита могла позволить себе полную свободу перемещения, летая на железных птицах и снисходительно посматривая вниз на людские скопища.