Воздушные фрегаты-5. Большая игра

- Спасибо за доверие, но откуда столько убежденности?

- А кто, если не ты? Покажи мне других кандидатов…

- Тоже верно. Но меня смущает другое, – он отбросил шутливость и заговорил серьезно. – Понимаешь, столь масштабные мировые проекты требуют не узкого круга «заговорщиков», а широкой поддержки и опоры в обществе. Идеологии экспансии. И целых институтов, позволяющих ее грамотно проводить. Да, элиты тоже надо правильно затачивать на лидерство и доминирование, на умение зарабатывать, а не тратить попусту или сидеть на мешках с нажитым непосильным трудом.

- А об этом и речи пока нет? Это ты хочешь сказать?

- Именно. Да и в целом, такая работа для тысяч и миллионов, а не для двоих.

- Уже троих. А кто мешает нам самим постепенно эту широкую опору создавать? Хотя бы и в Академии выступить с докладом перед студентами. Изложить свое видение перспектив на ближайшие десять, двадцать лет. Или еще лучше – до двадцать первого века!

- Это идея! Звучит отлично.

- Обращайся. К слову, а куда мы полетим? Юг – понятие растяжимое, из Питера почти все – в ту сторону, кроме северного полюса.

- Пока сам еще не решил. Слишком резко все развернулось. Ясно одно. Ничего предпринимать я не собираюсь, надо собрать информацию из первых рук, посмотреть на все своими глазами. Так что, видимо, надо посетить и Индию, и Африку, и Южную Америку, и Ближний Восток, и, возможно, Индокитай.

- Масштабно. Я – за.

- Саша, ты вот бывала в Африке? Видела Килиманджаро?

- Нет. Но судя по всему, скоро удостоюсь такой чести.

А вообще, куда ты, туда и я. Надеюсь, тайные планы нам не помешают. Все же мы отправляемся в свадебное путешествие, а не на разведку. Хотя одно другому не мешает и даже наполняет всю нашу затею изрядной порцией авантюризма и романтики приключений. Но может начать все же лучше с Европы?

- Почему бы и нет? Там тоже есть и на что посмотреть, хоть те же заводы Мессершмитта или Цеппелина, и с кем поговорить о делах наших грешных…

***

- Мартемьян Андреевич, к вам Семен Наумович Беньямин, прикажете пускать? – раздался по внутренней связи голос недавно ставшего его личным секретарем Шпекина.

Март оценил его старательность и надежность и решил заметно повысить и облечь доверием молодого чиновника.

- Да, конечно, зовите его, Николай Аполлинариевич.

Длинное, труднопроизносимое имя-отчество было, пожалуй, единственным минусом в новом назначенце, потому он старался упоминать его как можно реже.

Впрочем, все посторонние мысли разом вылетели из его головы.