Кодекс Инквизитора. Книга I

Выпей чаю, пряничков откушай, пораскинь мозгами хорошенько: стоит ли голову в петлю совать ради калеки? Был он славным воином, но ничто не вечно под луной. Никто тебя не осудит. Отпусти его, Ольга. Не стоит оно того.

— Слушай, Мара, ты как демон-искуситель. Сперва предлагаешь ниточку путеводную, а вдогонку сомнениями с истинного пути сбить норовишь. Давай карту, или что там у тебя? Пряников в дорогу собери. Голодна как волк, у меня бой недавно случился. Сил истратила много. Поспать бы сутки, да нет у меня времени прохлаждаться.

— Видала я ту сечу. Ничего особого — размялась чуток, силушку проверила. Жнецы для тебя никакой угрозы не представляют, если только по доброй воле голову в пасть не положишь. — Морана равнодушно отмахнулась от этой новости, будто я не превозмогала на поле боя, а в песочнице возилась.

— Вообще-то, я с демонами билась в одно лицо фактически, а это тебе не на форточках кататься! — по-детски надув губы, обиженно глянула на Мару.

А чего я ждала, что богиня меня по головке погладит? Да, ждала именно этого! Как когда-то ждала от матери похвалы за полученные в школе пятёрки, а в ответ слышала лишь…

Ну и ладно! Подумаешь! Обойдусь как-нибудь! В голове заиграла музыка: «Я начал жизнь в трущобах городских, и добрых слов я не слыхал, когда ласкали вы детей своих, я есть просил, я замерзал!» — да так явственно, будто в мозгу плеер включили на полную громкость.

Скорп, сука! Его выходки! Всю малину изгадил! Такой момент испортил! Не дал как следует проникнуться состраданием к себе.

— Прекращай дуться, княжна, тебе не идёт. Не демоны это были, а творения Марии, бабки твоей почившей. Всё в бога играть пыталась. Идея фикс у неё была: сотворить жизнь да наделить душой. Вот и создала проблем на головы потомков. Редко жнецы из подземелий вылазят, но метко, их хозяевам для развития генетический материал потребен. Вот и хватают баб да детей малых, а мужиков на прокорм пускают. Вырезали бы твою вотчину под корешок.

Страха они не ведают, боли не ощущают, жалости не испытывают. Безумием своим преисполнены. Охотники хоть и сильны телесно, но тупы, что чурки стоеросовые. Управилась ты с ними на диво споро — отдаю должное. Любо-дорого на тебя в бою смотреть. Сколько ярости! Кровь кипит, очи огнём горят! А что не пою дифирамбы… Да кабы не сглазить. Возгордишься ещё, а от гордыни одни беды!

— По себе, что ли, судишь? Не очень и хотелось.