Граф Лазарев. Том IV

Нет, разумеется, я был рад его видеть, но барон Лазарев никогда не был любителем ходить в гости. Разве что в те дома, в которых очень хороший повар.

— Фаиночка моя музыкой занялась, — похвастался дядюшка. — Она сначала так просто попробовала, для развлечения, подруга скрипку подарила. В детстве-то у нее к музыке не было особой любви. А тут вдруг как начала играть, день и ночь пиликает. Учителя выписали аж из Москвы, говорит, у нее талант. Теперь занимается целыми днями.

В голосе дядюшки звучала отеческая гордость и еще какое-то чувство.

Именно это чувство испытывает человек, сосед которого завел вдруг пару орущих детей, купил барабан или нашел новые интересные способы применения перфоратора. Кажется, я понял причину столь раннего визита.

— Фаиночка завтра приедет, прямо к венчанию, с подарками. А я вот решил пораньше. Сам понимаешь, давно вас с Игорем не видел.

— Вы всегда желанный гость для нас, дядюшка, — заверил я. — Мой дом — ваш дом, в нем всегда готовы для вас самые лучшие комнаты. И, главное, тихие.

— Я тебя спросить хотел: что вам подарить-то? Понимаю, это, наверно, невежливо, но все-таки свои люди, родственники. — Дядюшка крякнул и влил в себя еще одну стопку водки. — Лучше спросить и купить нужное, чем подарить как положено, на свой вкус, а вам не понравится. У меня такой хороший сервиз есть, кстати, не нужен вам?

Я оценил необходимость дарения сервиза. По степени актуальности для меня сервиз находился где-то между набором юного химика и балетной пачкой.

— Знаете что, дядюшка.

— Я вдруг кое-о-чем вспомнил. Раз у меня завтра праздник, надо быть добрым — думать не только о себе, но и о братьях наших непарнокопытных. — У вас была кобыла Груня. Она все еще в добром здравии?

— Да что ей сделается? Пасется себе. Толку от нее, честно говоря, никакого. Слабосильная, безродная, масть убогая. Планирую продать.

— Я бы с удовольствием принял ее в качестве подарка. А то коню моему скучно, с другими лошадьми он не ладит. А с Груней они, кажется, подружились, когда я к вам ездил.

Красное лицо дядюшки просветлело. Идея явно пришлась ему по душе. Хорошо, что дядюшка не видел, в каких именно позах дружили Груня с Инцитатом, а то оно стало бы еще краснее. Хотя кто знает, может, этого старого алкоголика такими вещами не проймешь.

— Кобылу? Да это запросто. Позвоню Фаиночке, она завтра приведет. Мог бы давно сказать, я бы ее тебе просто так отдал.

Обрадованный тем, что вопрос с подарком разрешился, дядюшка снова принялся за еду.