Эра Огня 1. Первые искры

Смущение как-то удачно рассеивалось между ними, к тому же друг с дружкой они не общались, и я худо-бедно продолжал чувствовать себя центром вселенной. Убогоньким таким, но — центром.

— Получить рабыню для парня твоего возраста — невиданная удача, — говорила Талли, после очередного глотка вытирая пену с носа. — Редкий папаша так сынка побалует, разве что страшненькой какой-нибудь. А эта штучка, по-хорошему, двух сотен стоит.

— Почему же она шла за дилс?

— Из-за характера. Строптивых рабов на час запирают в «Доме смирения», это стоит пять дилсов, после чего все выходят шелковыми.

Наша красавица провела там четыре часа, с толстяка содрали целый серебряк, а толку, как видишь, чуть. Он только за счет поединка в плюс вышел, и тому рад, как ребенок. Говорит, она была из Ордена Рыцарей, ну да это и без него ясно.

Девушка-рыцарь?.. Хм. Я покосился на Натсэ. Больше не хотелось задавать вопросов типа «зачем магам сила». То, как она убила стражника, само по себе напоминало магию.

— Она из клана Земли?

— Можешь её спрашивать, она обязана тебе отвечать, — сказала Талли.

— Но вообще — да, наверняка. Видно же.

Она протянула руку и щелкнула пальцем по иссиня-черной пряди волос. Я уже начал привыкать к Натсэ, и для меня не было шоком, когда она отбила руку Талли.

— Эй! — возмутилась та. — Место своё помни, мразь.

— Прекрати! — Мой голос прозвучал неожиданно сильно и властно, так, что Натсэ наклонила голову и стиснула зубы. — Она не любит, когда к ней прикасаются.

Теперь на меня изумленно вытаращились обе.

Две пары глаз: черных и фиолетовых. Похоже, я ляпнул что-то не то.

— Она — рабыня, — отчеканила Талли. — Что она любит, должно тебя заботить не больше, чем облако в небе. Учитывая то, что она, всего вероятней, даже яичницу пожарить не сможет, не давать к себе прикоснуться — просто бред. Не вздумай этому потакать.

— Ты видела, что она сделала с тем мужиком?!

— Тот мужик не был её хозяином, Морти. Она — благородная девочка. Из какого рода — ни за что не признается, но явно не из бедных.

Значит, в рабство пошла, чтобы отвести позор от своих. Поверь, честь рода для нее значит больше жизни. Конечно, если лезть дуром, может и убить, но ты потихонечку, ласково, слово за слово… Да что я тебе рассказываю! У тебя что, девушки, что ли, не было?

Наверное, я слишком быстро отвел взгляд. Талли расхохоталась. Мы с Натсэ сидели почти в одинаковых позах: сжав кулаки на коленях и уставившись в стол. Талли же развалилась, как королева.