Глубокая охота

Что ж, у него была отличная команда и они выполнили последний приказ своего командира. Правда… которую фон Хартманн уже тысячу раз предпочел бы забыть – но вместе с тем был уверен, что в любой момент поступил ровно так же. Потому что никто из них не мог дать ему то единственное, что было нужно, а жалость… жалость, это не для Хана Глубины.

– Да, так захотел я. И что изменилось?

– Есть работа для тебя, командир.

Фарфор был хорош – хрупкая с виду ручка не разлетелась и даже не треснула. Ярослав сделал глубокий вдох и медленно поставил чашку обратно на стол.

– У меня уже есть работа.

– Ты же понял меня, так ведь, Ярослав? Есть работа, которую можешь сделать только ты. Живая легенда флота, один из «первой дюжины», перевалившей за сотню тысяч утопленного тоннажа.

– Я не один такой.

– Один. Другие либо поднялись выше… их нерационально использовать…

– … или уже лежат на дне морском, – кивнул Ярослав. – Да, в этом смысле я уникален. А в чём подвох?

– Подвох?

– Мышка-мышка, смотри какой сыр, сказала кошка, тебе всего-то надо высунуться из норки.

Ю-ю, меня списывали на берег три медкомиссии подряд, последнюю печать ставил дворцовый врач. Такой балласт просто не сбросишь.

– С тех пор прошло время, командир. Многое изменилось. Ты и сам уже мог бы потребовать переосвидетельствования… если бы захотел.

– Думаешь, я не… ладно, это не важно. В чем подвох, Ю-ю?!

– Я и так уже сказал тебе больше, чем должен был, – твердо произнес Юсимура.

– Остальное – лишь когда подпишешь бумаги. Это не штука, командир. Высшая степень секретности, за разглашение – только расстрел.

– Даже так?! Похоже, эта твоя работа для любителя нырять глубоко в дерьмо.

– Может и так. Но зато на своей подводной лодке.

Секретно

От: адмирала эскадры в отставке Марка Кусанаги

В: 1-й (оперативный) отдел Морского штаба

Переслано: в 2-е Управление Министерства Информации.

«…в подтверждение своей точки зрения позволю привести некоторые подсчеты.

К моменту начала войны флот Конфедерации насчитывал в своем составе 83 линкора по самым верхним оценкам – включая трехдечный парусный линкор «Возмездие», пришвартованный напротив Дворца Правосудия в качестве корабля-музея. Согласно сообщениям наших информационных агентств, на текущий момент противник потерял не менее 423 линейных кораблей и при этом продолжает сохранять боеспособность и оказывать сопротивление.