Куратор: Том 2

Они погнались за мной, но Борис их перехватил, дав убежать, — пацанёнок немного расслабился, по крайней мере я стал понимать большинство его слов. — Хотел выбраться через запасной выход, но там кто-то закричал, и я тут спрятался.

— Ничего, все кончилось. Сейчас я тебя выведу, и ты будешь в безопасности.

— Правда? — в голосе мальчика появилась надежда, и он наконец-то убрал руки от головы.

Светлые кучерявые волосы, округлый овал лица и здоровенный синяк под левым глазом. Да уж, нехило ему досталось.

— Конечно, — приободрил его я, протягивая парнишке руку.

Тот вложил свою ладонь в мою и робко улыбнулся.

Тонкий черный кристалл пробил его руку насквозь, а следом я добавил ему хорошенько в челюсть, откидывая обратно к стене.

Острая кромка жижи словно бритва срезала два его пальца, и они упали на пол. Тут же лишённые связи с хозяином они стали моментально меняться, превращаясь в пальцы взрослого человека.

Сам же морф, почти моментально придя в себя, кинулся, обнажив полный рот акульих зубов.

Впрочем, упав на спину, я встретил его тушку ногами, перекидывая через себя и следом усаживаясь на брыкающегося противника сверху.

Очередное вызванное шило вонзилось морфу в затылок. Тело подо мной стало меняться.

Я принюхался. Ещё на кухне мне показалось, что почувствовал запах непривычной энергии и вот сейчас, сидя на только что погибшей твари, я ощутил его отчётливо.

И вот, как в древнем анекдоте, есть две новости. И обе плохие.

Во-первых, воняет божественной энергией, а во-вторых, мой старый друг Димон здесь ни при чем.

Бюро, падла, откуда на этой долбанной планетке сразу два потенциальных божка!?

На всякий случай выждав пару секунд — не, ну мало ли, вдруг ответят, — поднялся. На всякий пожарный ещё раз пнув мёртвую тушку, осмотрел помещение повнимательнее. Вроде ничего необычного, хотя…

Под одним из шкафов заметил тёмную лужицу крови. И как сразу-то не нашёл? Долбаный морф! Отвлёк своим представлением.

Подойдя к шкафу, приоткрыл дверцу.

Ровно на секунду в голове стало пусто, а затем пришла огненная лавина ярости, едва не сорвавшая мне крышу.

С трудом отвернувшись, я прикрыл створки и молча вышел из кладовой, надеясь, что ощущение хруста шейных позвонков той твари, что все это учинила, хоть немного меня успокоит.

Пройдя сквозь очередной барьер, я наконец-то попал в вестибюль. Как и везде, здесь царил полумрак, впрочем, это не помешало рассмотреть находящихся здесь шестерых человек.