Последняя фантазия. Эндшпиль

С обратного конца трубы полыхнуло огнем и с шипящим свистом снаряд полетел к цели, оставляя за собой извивающийся дымный хвост, вот уж точно змей.

Попасть с такого расстояния в крошечную фигурку человека было почти невозможно, но этого и не требовалось – фронтальная проекция магического щита была сильно больше фигурки мага, который его ставил, так как за щитом прятался не только он, но и его солдатня. Имперские бойцы, после того как несколько пуль расплющились о невидимую стену, осмелели и встали в полный рост, маг двигался чуть впереди, прикрывая отряд.

Удобно идут.

Грохнуло. Змей ударил сильно правее мага, огненный всполох взрыва развернулся шагах в десяти от того, но это считалось отличным попаданием и его было более чем достаточно. Магический щит, который мог сдержать мушкетную пулю, взрыв змея не сдержал. Ударная волна - объясняли стрелку на учениях - это не сильный порыв ветра, как может показаться со стороны, а спресованный до твердости воздух, каменная стена которая несется со страшной скоростью, кроша, ломая и разрывая все на своем пути.

Словно огромный молот, размером со стену дома, бьет одновременно во все стороны, а вслед за ним несется шрапнель осколков. Редкий маг в одиночку сумеет удержать такое.

Этот не смог. В воздух взлетели рука с ногой в красных доспехах, переломанный труп мага отбросило куда-то в сторону. Контуженные и потерянные солдаты и ополченцы не сразу сообразили броситься на землю и залечь, наоборот, даже те из них кто упал после взрыва и получил не слишком уж сильные повреждения, пытались подняться.

Один за другим Альдийский стрелок всадил четыре пули в мечущиеся человеческие фигурки и минимум дважды попал.

Справа затрещали ветки – один из отрядов подобрался уже вплотную. Копейщик появился совсем рядом с окопом, получил пулю, упал прямо под ноги своему побратиму, который продвинулся ненамного дальше. Последняя пуля в барабане мушкета пробила тому дыру в брюхе и он, сделав пару шагов, упал на землю.

- Заряди, и штуцер дай.

Последний копейщик, упал уже на границе окопа, и стрелок, увидев что тот еще шевелится, даже не стал тратить пулю на добивание, ударив раненного бойца ножом. Ухватился за какой-то ремень на экипировке мертвеца, подтянул к себе, уложив на границе окопа, сделав из трупа невысокий, импровизированный бордюр.

Мясной штурм все не прекращался.