Последняя фантазия. Эндшпиль

Побродив по коридорам второго этажа, раскланиваясь со встречными служанками и редкой стражей, я не обнаружил старого мага. Я решил топать выше и это решение оказалось правильным. Когда я поднялся по лестнице на третий этаж, меня встретили двое его учеников, прямо на лестничной площадке, и, поняв, что я не собираюсь подниматься дальше - на четвертый этаж - вежливо напомнили, что страже лорда Годрика нечего делать на третьем, охрану здесь несут ученики господина Ле Вина, а потому за каким хером я сюда приперся?

Что-то мямля про «граф спрашивает, не нужно ли господину архимагу чего-нибудь» я насколько смог оглядел коридор, заглядывая через плечо ближайшему охраннику и пытаясь понять, есть ли в прямой видимости еще кто-то.

Не обнаружив до первого поворота коридора другой охраны, которая могла бы нас срисовать, я, не слушая ответы магов, разжег лазерный меч и крутанулся на месте, криво располовинив обоих учеников и не дав им даже шанса развернуть защиту.

Трупы прятать было некогда и некуда, так что я импровизируя на ходу, поднял нижнюю половину одного из охранников, придерживая сей кусок человека за уцелевший ремень на штанах, пытаясь выставить более-менее ровно, и стараясь не глядеть на прожаренный лазером срез, в котором просматривались кишки и еще какой-то ливер. Установив ноги ровно, я мысленным усилием вырастил из пола стальной штырь, который прошил насквозь половину трупа и пополз выше. Насадив сверху вторую половину мертвеца, я, придерживая обрубок, продолжил штырь, направляя его вдоль позвоночника и остановил когда тот пробив шею – я отчетливо видел сквозь кожу его движение внутри тела – вошел куда-то в череп.

- Годится, – я отступил на полшага и глянул на вертикально стоящий труп, насаженный, по сути, на кол, – издалека сойдет.

Повторив процедуру со вторым трупом, что не заняло даже пары минут, я прикрыл раны на телах плащами и натянул на лицо рожу графа Годрика, которого несколько раз видел – специально подбирался поближе – и воссоздать его не то, чтобы очень уж изысканную харю сумел без труда.

Немалую помощь в маскировке оказала окладистая, лохматая борода, которая скрывала половину морды и сымитировать которую было проще чем структуру лица. Финальным штрихом натянул на себя воображаемое шмотье, закосив под тутошнего лорда, и вывесив на грудь приметный золотой орден, украшенный бриллиантами.