Последняя фантазия. Эндшпиль

Графские две сотни превратились в сотню так и не дойдя до границы поселка, человеческая волна качнулась в обратную сторону и покатилась от села к лесополосе, в которой прятался наш засадной полк. Десятка два человек все же остались и даже рванули вперед, несмотря на побежавших, маги, графская элита. Из них никто не пострадал, в первых рядах они не шли, щитами не пренебрегали и задачу выполняли до конца.

Я выпустил в небо рассыпающую искры и клубы дыма воображаемую сигнальную ракету, подав знак засадному полку, и спрыгнул с крыши, перекрывая дорогу отряду магов.

Двое умерли сразу же, расплескав мозги по деревянной стене трактира, еще на двоих пришлось потратить времени секунд на десять больше - сопротивлялись, да и классом были чуть повыше, но после архимага эти ребята даже не ощущались как противники.

Линда прикрыла спину, легко связав боем десяток противников, даже не демонстрируя магию всего лишь мечом и парой пистолетов. Графские вояки с мечами обращаться умели, да и в плане магии что-то показать могли, но я с Линдой дрался однажды и знаю что эти горе солдафоны, продержатся против нее дай бог секунд двадцать.

К моменту пока мы закончили с теми немногими кто не побежал, наш засадной полк тоже заглох, выстреляв заряженные винтовки. Перезарядка ружья в боевых условиях слишком сложная штука для тех кто его впервые в руках держит. Убежали конечно многие, думаю минимум треть отряда, но это даже хорошо - мне был нужен кто-то, кто смог бы разнести весть о том что дремучие селюки накостыляли графским солдатам.

Закончив с последним из магов, я выпрямился, развоплотил нож, огляделся по сторонам, дабы убедиться что свидетелей моей волшбы нет, и увидел последнего уцелевшего мага - тот самый пухлый казначей или кто он там, одной рукой держал старосту прижавшегося спиной к деревянному срубу, за глотку, а на второй его руке, полыхало ледяное пламя.

- Э нет приятель, этот старик мне нужен, - в ладони появился нож на веревке и, словно сам собой, будто жало скорпиона метнулся вперед, вонзившись в руку толстяка, - а ну иди сюда!

Рванул веревку и заставив толстяка выпустить старосту, я подтащил его к себе.

Легко отбил хлипкую струю холода, легко вскрыл его хлипкий щит, и воплотив в руке гранату, одним ударом вбил ее магу в глотку, вместе с зубами. Пинком отбросил его от себя ровно в тот момент когда голова счетовода с приглушенным хлопком разлетелась кровавым облаком и ошметками костей.