Навь. Книга 6

Мне ничего не оставалось, как последовать за ним.

Да, это место точно не для живых, уж очень неуютно я себя здесь чувствовал. К тому же звуков, кроме наших шагов, я не слышал никаких – ни хотя бы завалящего чирикания какой-нибудь пташки, ни стрекотания кузнечиков или жужжания какой-нибудь пчелки…

Упс, а вот и песец. Хотя это никакой не песец, а черный саблезубый котяра плавными крадущимися движениями приблизившийся к нам и вставший на пути деда Козьмы. Эта разожравшаяся до размеров тигра скотина выглядела до омерзения реально, горящие желтым адским огнем глаза, клыки размером с мою руку, лапки толщиной уже даже не с мою ногу с кинжалами когтей… Твою же мать…

- Брысь, гаденыш! Пшел вон, скотина, своих не узнаешь? – потянулся за мечом дед Козьма.

Котяра обиженно прижал уши, и в его взгляде проскочило разочарование.

- Хвост оторву, зараза! – и Козьма шагнул вперед, видимо намереваясь пнуть ногой адское создание по откормленной, лоснящейся черной шерстью заднице.

Котяра с обиженным мявом прыгнул с нашего пути и, дав по газам, исчез в лесной чащобе.

- Побежал другую жертву себе искать, - сказал Козьма.

- Что это было? – я непроизвольно сглотнул слюну.

- Это? А, это кот Баюн, - дед загнал наполовину вытянутый меч обратно в ножны. – Одна из тварей междумирья. Обожает пугать свежие души, особенно гонять их до Смородины. Очень, говорит, забавно смотреть, как они через огненную речку прыгают в ужасе.

- Он еще и говорит? – я выпучил глаза.

- Даже заболтать может. Это же сказочник еще тот.

- И много тут таких?

- Есть немного.

Мы углубились в лесную чащобу. Да, это было похоже на те реликтовые корабельные леса под Питером, где была заимка деда. Так, петляя между древесных стволов мы пришли туда, куда меня изначально и вел волхв.

На огромной поляне стоял древний скит, каким я себе его и представлял. Огромный частокол из заостренных отесанных бревен, поставленных так, что просвета между ними не было, образовывал круглую стену, охватывающую это место.

- Нам туда, - бросил мне дед, направляясь к резным воротам со сложным руническим славянским орнаментом. При нашем появлении ворота открылись сами. А внутри…

Внутри было самое настоящее языческое капище. Резные деревянные идолы, расставленные по кругу и кострище в центре. Алтарь-жертвенник, впрочем, чистый, никакой крови или еще каких подозрительных пятен я не увидел.