Культивация Силы

Его способность, конечно, не позволяет ему видеть ауры других разумных, но в отличии от нас, он может кое-что ощущать в энергетических потоках, что пронзают наш уровень мироздания. Далеко не все могут заметить его вмешательство, и это показатель твоего таланта. Так что поздравляю тебя с прохождением первого испытания!

— Извинения принимаются. — Эш еще не решил, как ему вести себя дальше, и наверное поэтому его слова прозвучали настолько резко, что заставили Бьякуа недовольно поморщиться.

Он ожидал, что извинения старшекурсника, да еще такого авторитетного как Лава, будут восприняты чуть ли не с восторгом. Мысленно обругав собеседника грубым, тупым демоном, он тут же исправился и вновь изобразил на лице свою обычную радушно-ироничную маску.

Эш же, не обращая внимания на мимику своего собеседника, решил, что принесенные извинения его вполне удовлетворяют и в знак примирения предложил Бьякуа присоединиться к ним и поболтать.

В планы того панибратство с первокурсниками никак не входило, но с другой стороны, за свой стол его приглашал ни абы кто, а аристократ самых голубых кровей, и это в конце концов пересилило.

«Возможно, когда-нибудь такое знакомство пригодится, — подумал он, отодвигая стул, — тем более что, этот первокурсник стал уж больно популярен».

Сев рядом с Ишида и нацелившись на общую тарелку с аппетитной выпечкой, Бьякуа не успел даже откусить, как Эш вновь сбил его столку довольно фамильярным вопросом.

— Как ты думаешь, зачем Лаве такой новичок, как я? — Эш, в отличии от своего собеседника, уже забыл о дипломатических играх и думал исключительно о том, что ожидает его в ближайшем будущем. Прожив уже несколько недель в новом мире, Эш знал о необходимости формирования боевых групп. Эта особенность обучения в Академия являлась краеугольным камнем, на котором строилась вся учебная практика. И до недавнего времени план парня был прост: после того, как все текущие проблемы будут решены, собрать свою собственную команду и начать карабкаться вверх по рейтингу.

Но теперь… Теперь можно было куда быстрее залезть на самый олимп Академии.

Написанные на лице Эша сомнения были настолько очевидны, что Бьякуа сам впервые задумался о мотивах своего мастера, вернее о том, что можно говорить, а чего не стоит. Не найдя правильных ответов, он прикрылся иронией.