SteelHeart. Осада

— Да, госпожа? — Солиан сняла шляпу и поклонилась, давая понять, что внимательно слушает приказ.

— Уводи Тарию, она для нас тут бесполезна, — произнесла Латори и уверенно сделала шаг вперед. Я даже спросить ничего не успела.

Прямо под ее ногой из кровавого облака возникла ступень, и так одна за другой, формировалась лестница, ведущая матриарха вниз, к ее войску. Засунув два пальца в рот, Латори засвистела так громко, что, кажется, во всем форте было слышно. Небеса разверзлись, обнажая солнце, которое, казалось, зашло уже много часов назад.

Из столба света небесного тела, рассекая воздух белоснежными крыльями, стремительно несся конь в золотой броне. Он даже не пытался затормозить рядом со своей всадницей, Латори сама схватилась за ручку на седле и таким образом оказалась верхом. Союзные шеренги воинов расступились, пропуская матриарха. В глазах вражеских воинов, еще минуту назад несшихся сюда с боевым воплем, даже отсюда виден первобытный ужас. Взмах алебардой. Тела рассекались пополам. Поле брани окропил кровавый дождь. Пегас, вздымая почву, унесся вдаль, где его всадница, вонзив оружие в землю, заставила его развернуться обратно. Кажется, словно это не кровь упутала золотые доспехи полотном, а будто кровавая аура самой Латори, излучающая ее жажду убийств. Ее алебарда весит действительно много, и даже так она всего одним взмахом сумела скосить около дюжины вражеских солдат.

Но самое ужасное в этом не то, насколько сильна Латори, а то, что у ее жертв не было никакого шанса.

В отличие от игроков, НИПы больше не встанут. Жрецы и паладины в мире Стилхарта неспособны воскрешать союзников. Вместе с десятками игроков на штурм замка идут и полчища самых обычных людей, у которых есть и дети, и родители, и друзья. Пушечное мясо, которое никто не считает. Мне даже представить трудно, что испытывают все те люди, встречающие игроков после успешной осады. Они ищут среди вернувшихся своих близких. И не находят. Но из раза в раз наверняка видят Латори, покрытую с ног до головы кровью. Она — герой, ее боевые заслуги об этом говорят прямо и без лукавства, но какова цена такого героизма...? Разве с руками по локоть в крови имеешь ты хоть какое-то право называться героем...? Я неуверенно посмотрела на свои руки. Не хочется осознавать, что когда-нибудь и у меня они будут замараны чужой кровью. И точно так же не хочется думать, скольких похоронил отец... Конечно, всегда можно сказать, что это всего лишь игра, но...