Опала

Какому родителю нужно знать, что его ребенка сожрал какой-то паразит из другого мира?»

Радует, что мы отличаемся. Не знаю, имеет ли он полный доступ к моим воспоминаниям, а вот его жизнь я вижу ситуативно. Словно требуются усилия или причины, чтобы я узнал новое. Возможно, это такой механизм защиты. Решив поменьше думать об этом, я открыл глаза. Полученное от Магнуса сообщило, что я нахожусь в своем доме. В своей комнате. А еще я только сейчас обратил внимание, что чувствую недомогание. Словно мозг до этого игнорировал сигналы организма, но едва я задумался, как на меня нахлынуло все и разом.

Ужасная ломота, боли в голове, но больше всего мучила дикая жажда. Попытки что-то сказать стопорились просто отвратительнейшим состоянием организма. Я все еще не мог заставить тело продрать глаза, но сейчас я приложил все усилия, чтобы сделать хоть что-то.

Получилось подвигать пальцами, и явно еще какие-то части тело заставил хотя бы маленько, но сдвинуться, так как я ощутил прикосновение у себя на лбу.

Также краем уха улавливал звуки, но разобрать их не в состоянии. Не знаю, сколько времени прошло, но попить мне все же дали, изрядно потревожив мое больное тело. Черт, чем дальше – тем хреновее мне становится.

«— Давай-ка ты лучше поспишь чуток. Тебе станет лучше»

В голове прозвучал сочувствующий голос Магнуса. Не знаю, что он сделал, но меня резко стало клонить. Вроде бы он говорил что-то еще, но этого уже я не расслышал.

***

— Незнакомый потолок.

Первое, что я сообщил миру, когда наконец смог очнуться.

Хоть я ожидал другого, но чувствовал я себя… Не прекрасно, но и не так дерьмово.

«— Лучшее, что ты смог придумать, это плагиат? Я все меньшего мнения о тебе, Миша.»

«— Завались, Магнус! Я отдаю дань уважения классике! Хотя… ты ж отсталая деревня из девяностых, что ты понимаешь?»

Шиза в голове не стала отвечать, оставив за мной последнее слово.

— Магнус?

Обернувшись на звук, я увидел человека, которого память определяла как мою маму.

Матушку этого тела, если быть точнее. Марина была довольно высокой, чуть ниже моей тушки, а ведь Магнус в свои пятнадцать серьезно вымахал. Одета была в черное, простое платье. Русые волосы были заплетены в косу, а ее лицо отражало тревогу.

— Мама.

Ничего умнее в ответ в голову мне не пришло. Я с трудом сел в кровати, когда женщина быстрым шагом подошла ко мне, заключив в нежные объятия. А я не знал, как на это реагировать. Она моя мать, но и не моя.