Секта Безумного Мага (ПВ-5)

Что бы не выдал свое присутствие истерическими криками «шеф, всё пропало!»? Боюсь в дальней, неизведанной стороне норы никаких свидетелей и подручных Волдеконщика после удара болванки не осталось. Или их завалило наглухо, если нора меняет уровень и достаточно длинна.

Верлита минимально очистившись, принялась отжимать своей магией землю вокруг Вин Гезина. Как она закончила свой труд, Кая ухватив страдальца подмышки, вытащила его на поверхность. Она взглянула на меня вопросительно, большим пальцем указывая назад, и я понятливо кивнул, отсылая её продолжить разведку.

– Повезло тебе Вин, – обратился к нему, – ты единственный выживший здесь. По крайней мере Кая живых не чувствует, да и я после массхила результатов не обнаружил. Давай по-быстрому: как ты так попал, что происходит, кто этот злодей, на которого обычная магия не подействовала?

Вин Гезин оторвался от зачарованной фляжки с горячим шоколадным ликером, заботливо поднесенной ему лисодевочкой.

– Охренеть, – закашлялся он восторженно, – ты же Безумного Мага упокоил только что.

Я такого мощного заклинания в жизни не видел. Подавитель Дара оно даже не заметило. Не думал, что такое возможно. Век за тебя Создателей молить буду!

Я поглядел на его тощее, иссохшее тело в лохмотьях, пропахшее сыростью и землей. Фанатично горящие счастьем глаза.

– Волосы у тебя с головы выпали, – сказал ему невпопад, – а бородёнка-то живучая оказалась.

Вин Гезин довольно заржал.

– Второй подбородок скрывала раньше. Да и внучкам всегда есть за что подергать.

Как же я рад, что у меня будет возможность снова их увидеть. Покатать на спине, научить грамоте, замерить очередную сечку на ростовой доске…

Несмотря на свою просьбу, я не мешал ему изливаться в бессвязной речи. Авантюристы всегда готовы к смерти, но это не мешает им любить жизнь. Наоборот – обостряет чувства. Тем более, когда есть ради кого жить. Видно, своих внучек он обожает, а ростовая доска обыденный атрибут любящих родных для измерения роста детей. Раз в неделю или месяц на доске отмечают меру, пишут имя-возраст ребенка.

Сейчас у Вин Гезина отходняк: ладно – умереть в бою, но изощренно-пыточное ожидание, в окружении безмолвных черепов по соседству, в холодной земле… Тут и крыша может поехать.

– Ты достойный представитель своей профессии, шан Гезин. Один из лучших. – вмешалась принцесска, явно почувствовав момент. Она вздернула гордо подбородок, положив руку ему на плечо. – Твой подвиг не будет забыт Шайном и нашей фамилией.