Войд. Том 2. Новые возможности

— Да какого?! — в прямом смысле слова начала метать искры из глаз Молния, чуть ли не прожигая взглядом своего наставника и брата. — Ты мне обещал, что мы будем выворачивать базы пиратов наизнанку, что я себе, наконец, смогу заработать первый боевой орден! А тут какая-то подстава!

— Тут не все так просто, — спокойно и размеренно продолжал говорить Гром, не обращая внимания на эмоциональные перепады своей сестры. — Это задание грифованное, полученное по закрытому каналу. Там этот профессор совершил какое-то прогрессивное открытие, которое может изменить все наши вооруженные силы, весь флот и пехоту.

— Да мне плевать, будь он хоть членом совета! — Молния была неумолима, так как она никогда не любила, когда срываются её планы, особенно на так называемую реальную практику. — У меня задание от Академии! Мне. Надо. Уничтожить. Пиратов!

Гром лишь тяжело вздохнул и махнул рукой на свою сестру. Переубедить её сейчас не получится, а мыслить трезво она всегда не умела. Ведь что такое участие в секретной операции? Это, как минимум, гарантированный плюс в послужном списке, а если ты участвовал ещё в Академии в такой миссии, то это открывает множество новых дорог.

Например, Гром на третьем году обучения, даже того не зная, принял участие в такой операции, в которой набрался огромного количества опыта, а после ему прямо сказали, что, если бы он не попал в ту очень горячую точку, ему бы не предоставили возможность стать командиром когорты.

Молния же, даже зная историю своего брата, всё равно была на взводе, так как… Это была просто она: немного эгоистичная, вспыльчивая, целеустремленная, даже очень, а ещё она очень предрасположена к фрустрации, самобичеванию и глубочайшему самоанализу, который был бы характерен для подростка, но не для девушки возрастом почти двадцать три года.

Вот и сейчас она обвиняла всех и вся из-за того, что её планы пошли крахом, её постепенно начало пожирать чувство нереализованности, где-то в глубине затаилась обида на своего брата. Но ёже она его в любом случае простит, как и всегда, так как роднее брата у неё больше никого нет.

Через десять минут после состоявшегося разговора по громкой связи ко всему экипажу обратился Гром. Он говорил чётко и уверенно, оказывая мотивирующее и вдохновляющее воздействие. Но также чувствовались нотки горечи и страха, так как он осознавал, что выжить смогут не все, ведь иногда одна жизнь великого учёного важнее жизни сотен и сотен солдат.

— Всем внимание! — началось вещание со всем привычных слов.