Наследник. Обретение дара

И если с выпивкой Алексей Иванович завязал, но продолжал жить затворником. Приемы он не посещал, а свои, по понятным причинам, не проводил. Единственный актив рода был в лошадях. Их жеребцы были если не лучше, то ничем не уступали арабским. А уж про английских, американских и вовсе не стоит говорить. Они были неровня.

И сейчас Николай с удивлением смотрел на этого гостя.

- Государь, прошу принять мои искренние поздравления! - поклонился мужчина перед ним.

Лет восьмидесяти, с седыми волосами, собранными в высокий конский хвост.

- Спасибо, Алексей Иванович! Рад, что вы выбрались к нам! - улыбнулся государь, склоняя голову перед главой одного из старейших родов империи.

- Да, вы правы, для меня это путешествие было очень сложным, - не разгибая спины, проговорил мужчина.

- Так чем я могу помочь вам, князь, в свой день рождения? - продолжил государь.

- Я прошу вас... - его голос дрогнул.

- Я прошу у вас право на призыв.

- О, как! - удивился государь.

- Мой век подходит к концу, Николай. Я не хочу, чтобы мой род угас, - с тоской произнес Алексей, подняв глаза, император увидел в его глазах слезы.

- И заодно получить сильного одаренного? - хмыкнул император.

- И это тоже, - кивнул мужчина. - Я готов отдать вам мои конюшни в обмен на эту просьбу.

И вот это удивило императора еще сильнее, чем просьба. Еще полгода назад этот человек отказался продать конюшни.

- Вы? Своих скакунов? - поднял император брови.

- Да, я готов пойти на это, - ответил мужчина, не поднимая головы.

- Я подумаю над вашей просьбой. Сейчас я не могу ответить, - задумавшись на мгновение, ответил император.

Слишком долго задержался старик возле трона. Слишком много вопросов возникнет у людей.

- Как скажете, государь, - произнес Алексей Иванович. Разогнувшись, он отошел от трона, давая возможность подойти другим.

Он был зол: на себя, на людей, которые его окружали в этом зале, и, конечно, он был зол на императора. Этот человек... да, именно человек сорока лет, решил подумать. Ведь еще недавно он был готов на все ради этих лошадей.

А теперь ему нужно подумать! Это так бесит!

Оглядевшись, старик мысленно сплюнул на пол.

Бывшие друзья и знакомые, враги и подхалимы - теперь все отвернулись от него. Ни одна собака не подошла и не поприветствовала его.