Наследник. Обретение дара

Я пожал плечами и последовал за ним, пройдя мимо девушки, которая гордо задрала голову.

Князь стоял у зеркала и смотрел на жилетку, брошенную на пол.

- Что тут произошло? - спросил он вкрадчиво, не поворачиваясь к нам.

- Этот человек напал на меня, когда я пришла извиниться, - воскликнула девушка, зайдя за мной и ощутимо толкнув меня руками вперед.

Услышав эту версию, я откровенно рассмеялся. Мне пришлось опереться о стену, чтобы не упасть на пол и не начать истерично хохотать и бить руками стену.

Девушка наградила меня злым взглядом, а князь, развернувшись, нахмурился.

- Сергей, что у вас случилось? - спросил он.

Отсмеявшись и сделав несколько глубоких вдохов в попытке успокоиться, я собрался с мыслями и начал говорить.

- Ваша дочь ворвалась в мою комнату и в приказном порядке потребовала, чтобы я куда-то собрался. На что я ей отказал. Не приняв мой отказ и попытку уйти от нее подальше, она хлопнула дверью, которая ударила ее по лбу... ну, и потом дверь сгорела.

- Юля, тебе запрещено покидать дом до начала учебного года.

Дальнейшее наказание я решу по итогу твоего поведения. Сергей... будь осторожен в последующих словах о моей дочери. Я ее отец, и мне это неприятно.Новую комнату для тебя сейчас приготовят в нашем крыле.

- Можно мне остаться тут? Ну, в смысле, в этом крыле. Не хочу часто видеть эту рожу, - озадаченно произнес я.

И сразу в спину будто ударили тысячи игл, проникая под кожу.

- Юля, нет! - услышал я гневный крик князя.

Упав лицом на толстый ковер и крича от боли, выгибая спину, я от бессилия и нестерпимой боли ударил кулаком по полу.

Последнее, что я помнил, это как на меня что-то рухнуло сверху, отчего боль стала еще сильнее. А в ушах стоял оглушительный треск и грохот.

***

Князь Оболенский с удивлением наблюдал за разрушениями, которые устроил юноша.

Дочь, успевшая выскочить в коридор, теперь со страхом заглядывала в комнату, прижав ладонь ко рту.

Сам Владимир успел поставить купол защиты, который защитил от огромного количества раздробленного кирпича и бетона, перемешанного с остатками мебели со второго этажа и черепицей с крыши.

Через огромную дыру в потолке теперь стеной поливал дождь, прижимая поднявшуюся пыль.

От юноши была видна только его голова, а сам он лежал без сознания, придавленный огромными кусками зацементированного кирпича.

Сила юноши пугала Оболенского. Уже второй раз на его глазах он проявляет силу, равную владыке.