Наследник. Обретение дара

А с парнем, сами понимаете, документов на него нет, - ответил он, оторвавшись от стены.

- Жаль парня... только ведь пришел в этот мир, - покачал головой император. - Господа, вы свободны.

Поклонившись государю, мужчины направились к выходу, оставляя императора наедине с канцлером.

Выйдя во двор и подходя к своим машинам, Кирилл Борисович остановил тайного советника.

- Вечером прибудут машины, чтобы забрать ваших людей. Мои специалисты попытаются их разговорить.

- Да, я понимаю, Кирилл Иванович, - махнул рукой советник.

- Попросите только не бить по лицу, я хочу похоронить их в открытых гробах.

- Хорошо, к наградам по вашей линии не представляйте. Николай не подпишет. Я выдам свои ордена за взятие южных земель.

- Вас возненавидят, Кирилл Борисович. Зачем вам это нужно... - с сомнением произнес Олег. - Люди и так на вас злятся за этот конфликт.

- Да бросьте. Собаки лают, караван идет. А для вас это будет лучшим выходом, как объяснить, почему элита войск была уничтожена.

- Спасибо, Кирилл.

Для меня это очень много значит, - пожав руку, мужчина сел в машину.

Поступление

Жизнь превратилась в рутину. Каждый день Оболенский приходил, чтобы обучать меня. Он рассказывал о мировой истории и обращении с конэ. После того, как мы прошли основные предметы и убедились, что мои знания соответствуют необходимым для обучения, князь решил углубиться в историю и этикет. Эти поклоны, ваше благородие и высочество... Действительный тайный советник и просто тайный советник. Да гори в огне тот, кто это придумал.

Это были мои единственные мысли, когда я пытался выучить толстенный том на шестьсот страниц. И, честно говоря, я его так и не выучил. Постоянно путался в мелочах, на что Оболенский лишь тяжело вздыхал.

А вот что радовало, так это успехи в конэ. Спустя неделю я уже нашел свое движение, которое мог повторить закрытыми глазами. Моим движением был жест пистолета из трех пальцев, средним пальцем я будто нажимал на спусковой крючок.

- Нужно привезти еще больше обсидиана.

.. - задумчиво произнес Оболенский, осторожно ступая на ледовую полосу, шириной около метра, которую я по глупости своей создал в Финском заливе.

- А причем тут обсидиан? - в недоумении произнес я, ступив на лед. На глаз он был сантиметров десять толщиной и его начинало сносить течением в сторону. Лишь небольшой участок у берега удерживал всю льдину.

- Он сдерживает твою силу... - опустился на колени князь, постукивая по льду.

- То есть...