Космический Капеллан

Похищают, а затем ещё и убить пытаются!? Впрочем, уже неважно. Дуло автомата хищно уставилось на меня. Триумфально сверкнули глаза гоблина. Щелчок и...

Напев раскалённого воздуха. Миг и голова гоблина пропадает, не оставив после себя и пепла. Тело повалилось на пол. Остаток тонкой шеи шипел и бугрился взрывающимися волдырями. Запахло палёной плотью. Я перевёл взгляд на противоположную сторону комнаты. Там, опираясь на массивную спинку прикреплённого к полу кресла, стоял совсем молодой парень, едва-ли не подросток, успевший выронить пистолет и несколько ссутулившись, взяться за бок, из которого, минуя подпалённые богато-украшенные белые пластины брони, вырывалась кровь.

Суки, ещё и ребёнка украли - последняя мысль перед тем, как прикрыв глаза, я опустился в манящую тьму.

...

Толчок, электрический импульс. Сознание прояснилось. Поддавшись оставшемуся после недавней бойни адреналину, попытался вскочить. Ни сумев и пальцем пошевелить, как мышцы отдались неимоверной пульсирующей болью, глаза заслезились, распухший язык безвольно обвис во рту, устремляясь к глотке, а внутренние органы, ощутимо вздрогнув, начали играть свой болезненный ритм.

Сверху, даже сквозь веки, били ярким белым светом лампы, а снизу, постепенно распространяясь по всему телу, лилось тепло. По венам мягко, но ощутимо, бежало какое-то вещество, скорее-всего, лекарство. А все кости ломило изнутри.

Неплохо я полетал с лестницы. Прерывая вздох, я вспомнил галлюцинации, невольно захотелось перекреститься, не дай Бог! Казалось, что я снова почувствовал тот ужасающий запах, царивший над раскоряченными телами, а правую часть груди пронзила фантомная боль.

Отчаянные взгляд умирающих. Сминаемые тела. Крики, треск костей и плоти, застывшие в ушах эхом. Тьфу-тьфу-тьфу! Мог-бы, плюнул-бы через плечо, но сейчас только мысленно.

Поёжился. Ну и... Когда двигаться-то смогу, там ведь метра три всего было! Раз мозг очухался, то и тело... Стоп! Блять.

Блядская, блять! Только не говорите мне, что это - кома! Медленно затухающее, гадящее под себя тело и сходящий с ума в иллюзорной тьме разум, по недоразумению пришедший в себя.

В отчаянии, терпя мучительно ускорившийся грохот сердца и отдающееся болью ВСЁ, я открыл глаза. Сквозь кровавую пелену взорвавшихся капилляров, я увидел приближающиеся пятна. Миг. Глаза отдают огнём. Пелена неторопливо, борясь за каждый участок моего взора, уходит.