Азм есмь царь

Вместо этого он был заполнен мощными бетонными скульптурами, которые выглядели как огромные недостроенные здания. В этом поместье было что-то неуютное, холодное и отчужденное. Оно было символом мощи и власти, но в то же время оно отталкивало своей холодностью и грубостью.

Гиперион, не отрывая взгляда от контрольной панели, увидел в иллюминаторе знакомый ориентир — угрюмый бетонный замок сановника, выделявшийся на фоне изумрудных полей. Короткий кивок головы был единственным признаком того, что он заметил цель.

В руках он держал тяжелый штурмовой рюкзак, набитый снаряжением. Рядом лежал джетпак — крылья «Валькирий», созданные не совсем для небес, но для уверенных марш-бросков в пучину войны.

Он передал управление самолётом второму пилоту, не произнеся ни слова. В тишине кабины звучали только шум двигателей и шепот ветра, проникающего в отверстия фюзеляжа.

Гиперион встал и без всяких предупреждений сделал шаг в сторону отдельного отсека транспортного самолёта, раскрывая его дверь как символ начала атаки.

В небесную бездну, где солнце отражалось в огромной синеве небес, упал человек в тяжёлой броне и с мощным оружием. Он был один, но в его действиях была такая уверенность, что казалось, что за ним следуют целые армии.

Секунда, и за ним и в правду последовали. В течение пары секунд из отсека выпрыгнули остальные бойцы — сотня храбрых воинов, готовых отдать жизнь за своего атамана.

Они были как стрелы, выпущенные из лука, летящие к цели, не сомневаясь в своих силах.

Их прыжки были идеальными, их движения были согласованными, и их взгляды были направлены на бетонный замок, который будет их целью. Сотня бравых десантников были волной, которая неслась на завоевание. И у них не было сомнений в своей победе.

Гиперион, словно тень, скользнул по воздуху, приземлившись на главной площади поместья. Его джетпак загудел и отсоединился, плавно опустившись на землю рядом с ним. Он был не просто воин, он был охотник, и его целью были не люди, а их оружие.

Охрана поместья, застигнутая врасплох небесной атакой, оказалась не в состоянии сопротивляться. Гиперион двигался быстро и бесшумно, как призрак, лишая их жизни с точностью хирурга.

Площадь поместья, которая еще недавно была оазисом спокойствия, теперь превратилась в поле битвы. Пули свистели в воздухе, и взрывы гремели с непрекращающейся регулярностью, однако Гиперион не обращал на это внимания. Он был сосредоточен на своей цели — ликвидации всей охраны.