За открытой дверью

Бедный, что ты здесь делаешь? — женщина с темными сальными волосами, выпирающими скулами и огромным шрамом, пересекающим наискось все лицо, сняла залатанную куртку и накинула на ребенка. Показалось худое тело, почти скелет. Взгляд мальчика привлекли ее руки, покрытые незажитыми шрамами и темными маленькими точками, похожими на синяки, — не бойся, все хорошо, мы не дадим тебя в обиду, не дадим…

***

Я проснулся. Сегодня мне приснилась первая встреча с Николь и Земфиром, десять лет уже прошло…

Доброго всем утра. За окном у нас солнечный летний денек.

Расписание такое-же, как в любой выходной: тренировка, завтрак, чтение, прогулка, обед, чтение, тренировка, ужин, свободное время, чтение, сон. Так и поступим.

Полтора года я сохраняю такое расписание, как начал новую жизнь, третью по счету. Я их разделяю по именам. К примеру Николь назвала меня Томом, когда я не сказал ей настоящее имя. В тот момент я едва мог связать два слова, и она решила сама дать мне имя. Не знаю, почему именно Том, но оно быстро прижилось.

Для меня Николь стала мамой, что всегда стоит горой за своего сына.

Я так и не узнал, почему она так ко мне относилась, ведь по сути я был чужим ребенком, которого проще сдать обратно в детдом. Помню, как сложно ей приходилось — денег не хватало даже на простые вещи. Помню, как мы втроем жили в заброшенном кирпичном доме. Чтобы согреться, Земфир разжигал костер и ставил жестяной чайник. Его позиция в отношении меня более ясна — он с самого начала смотрел на меня как на балласт, от которого нужно избавиться.

Но Николь настояла на пополнении семьи. Земфир любил ее, это было видно, хоть он и пытался скрыть, поэтому позволил мне остаться.

Если говорить про первую жизнь, то я родился в доме писателей. Еще до пропажи семьи я начал пробовать писать стихи и маленькие рассказы, а еще достиг рейтинга 1600 в шахматах, что позволило обыгрывать отца. Помню, как гордился этим, а папа каждый раз хвалился подрастающим вундеркиндом гостям.

Иногда мне казалось, что наш дом — проходной двор, так часто у нас бывали гости.

Благодарные читатели, пришедшие за автографом, старые друзья родителей, соседи, знакомые сестры. И каждый раз мама проводила уйму времени на кухне, чтобы приготовить угощение. Ей нравились комплименты о блюдах. Каждый раз, как кто-то, будь то сосед или новый посетитель, говорил ей, что пора открывать ресторан, ее щеки горели румянцем. Родители не любили выходить из дома, каждый раз говоря, что дом — место вдохновения, незачем покидать его.