За открытой дверью

Она достала нож, но я тут же ударил по ее кисти, и тот отскочил. Я восемь лет жил в преступном мире, и там был не последним, я много чего умею. Она попыталась ударить меня, но я свернул ей руку и приложил к стене лицом.

— Прости, но если ты сейчас сознаешься, я дам тебе спокойно уйти. Если нет, сломаю палец, — угрожающий голос на ухо.

— Аам… — только она закричала, я прижал вторую руку ко рту и надавил на щеки до боли.

— Я не шучу. Я вам не дурак, у тебя должен быть наушник, — с этими словами я отпустил рот и поднял ее волосы.

Нашел! Черная пластина за левым ухом, а на ней синяя с красными крапинками монета размером с рубль. Не знаю, что это такое, не похоже на наушник, но вдруг передает сигнал? Я вспомнил, что похожая была у коллекционера, но подумал, что это украшение. И у некоторых прохожих было… Как я не догадался!

Я схватился за монетку и потянул, она словно намагничена, но отошла. Девушка тихо завыла и, взявшись за голову, опустилась на колени. Я отпустил ее, ваша тайна раскрыта.

Только вот, ничего выдающегося в этой монете нет. По ощущениям она из металла, нет ни вибрации, ни опознавательных черт, просто сине-красный блинчик. Я даже приложил его к уху, но никаких звуков не услышал. Может дело в черной пластине на голове, посмотрим.

— Сейчас поймем, что это такоАА!

Она укусила меня за ногу, ах ты… черт! Я ее пнул, и только она коснулась стены, как оттолкнулась и кинулась на меня, повалив на землю. Она села на грудь, придавила руки коленями и принялась душить.

Ненавижу эту позу!

— Мину, тупэй, мину, тупэй!

— С… слезь с меня… а.

Ей не хватило и она ударила меня в висок. Я окончательно поник, я снова в отключке…

Проснулся я, лежа на пыточном столе. Скованный ремнями по рукам, ногам, груди и голове. Что-то напоминает, но в доме лесника все было как-то проще. Похоже в этих краях фетиш на подобное. Я смотрю в серый потолок, неспособный пошевелиться, пелена сна быстро спадает.

— АХ!

Раздирающая боль сошла на всю голову.

Она застилает сознание, и исходит откуда-то слева. Я ощущаю, как что-то проникает прямо в мозг, пронизывает мысли.

— Мину, мину…

— Мину…

Прозвучало сразу два голоса: женский, который мне знаком, и хриплый мужской, который впервые слышу. Оба с левой стороны. И чувство, что мужской голос прямо над ухом.

Не знаю, сколько это продолжалось — под такой болью чувство времени теряется. По мне так я часы провел на этом столе.