Игра богинь

Не поспевали лишь строители…

Да и вся система управления, правда, пока лишь столичная, работала как часы.

Различные службы и ведомства усердно вгрызались в свои рутинные обязанности.

Пожалуй, административного опыта у герцога хватит и в размахе на всю Селеноградию, какие-то зачатки имперского госаппарата уже созданы, но показать свою эффективность на деле они пока не могут.

Разумеется, со своими людьми проще добиться результата. Так что ни в герцоге, ни в краарровцах в целом, я не сомневался.

Вот только казна подозрительно быстро пустела, и я подумывал призвать команду из княжества Ваарр, чтобы они занялись финансами возрождающейся империи.

Но это вопросы рабочего порядка…

А вот мое злопыхающее недовольство вызвал тот факт, что до сих пор ни один из представителей крупных родов Селеноградии так и не соизволил предстать предо мной, да даже просто заскочить в Новый Селенодол, чтобы любопытным глазом оценить разрастающуюся столицу.

Наверное, некоторые благородные семейства не торопились признавать меня императором, опасаясь, что это станет для них поспешной ошибкой.

Кстати, на поместья, уже объявленные территориями новой империи, никто не нападал.

Это отчасти успокаивало.

Однако и людской поток, устремившийся в столицу, если брать в масштабах империи, был все же довольно жидким. И я не на шутку разозлился на простых обитателей империи.

Ладно, аристократы. Даже те, кто всерьез воспринимает изменения в Селеноградии, вероятно, боятся потерять свое положение с приходом такой странной власти в моем лице, с легкостью лишающей родовой магии и растаптывающей их привычный жизненный уклад в прах.

Всех коснется!

Никого не обойдет!

Это я гарантирую!

Идиоты, чтобы сохранить свое, нужно со всех ног спешить ко мне с нижайшими поклонами!

Но простой народ-то?! Услыхав о появлении милосердного царя-батюшки, они ведь по генетической привычке должны тотчас поддержать меня, при надобности и своих господ поднять на вилы, но они совершенно бездействуют.

Чего им надо? Как привлечь их внимание? Как убеждает человеческая история, все хотят хлеба и зрелищ. Хлеба я им всем дать пока не могу, да и потом, наверное, тоже. Пусть свой жрут. Они к этому привычные.