Сабаи

Заткнул дыру в кабине собственным кителем, сел на колени спёкшегося бойца и вот тогда-то и пошёл рубить вражину!

– И отчекрыжил ему хер! – радостно закончил Пьер. Эта часть истории явно ему импонировала.

– В тот день он проявил особенную прыть. Получил, конечно, выговор за самоуправство, но и первую медаль. А потом быстро пошёл в рост. Так что полковник Закиро ещё может всех удивить.

Я кисло добавил:

– Да уж, не сомневаюсь...

– Погодите, – Хулуд, меланхолично полировавший корпус Крохи, вынырнул из глубин разума и включился в дискуссию.

– Четверо погибли, но было же пятеро. Выживший расскажет. Как бишь его, Мэд?

Акеми вздохнула и покачала головой:

– Не думаю, он и правда в коме. Состояние критическое.

– Ну и что? Есть же томографо-полиграф, – возразил я.

Нанобот хихикнул:

– О боги, Ловелас! Не существует такой приблуды! Полиграфы преданы анафеме давным-давно. Оказалось, их изобрёл озабоченный писатель-комиксист. Они вообще не работали, как выяснилось. По всей Конфедерации в тот год прошла волна амнистий.

А томографы — позапрошлый век. В лучшем случае коматозника оцифруют и допрашивать будут уже искина. Но это чертовски долго, и неизвестно, будет ли толк. Был просто овощ, а будет овощ-искин.

– Я с одной такой встречался… – сказал я.

– А во-вторых, – добавил Циклоп, – искин может ничего и не вспомнить. Зачастую все воспоминания, кроме глубинных, теряются при переносе.

– Именно поэтому я до сих пор торчу в своём нелепом теле, – заявил Нанобот.

– Так вы… поможете мне? – спросила Акеми, встав и отряхнув костюмчик.

Циклоп кивнул:

– Можете на нас рассчитывать, мисс. Если понадобится, все старожилы роты Альфа поручатся за полковника Закиро.

– И дадим показания, – добавил я.

Решено. Если будет суд, я выложу под присягой все подробности истории, включая перевоплощение в Люси. Думаю, к тому моменту её секрет уже будет раскрыт.

– Ловелас, проводи девушку. Даю тебе десять минут, – сказал Циклоп. Он дистанционно задраил ангар и мы могли беспрепятственно подняться на верхний уровень.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил я Акеми.

– Ужасно, – призналась она, опустив голову. – Всё произошло так быстро, я даже опомниться не успела. Адъютанта Хатори будто подменили. Он был такой грозный…

– Он давно работает на полковника?

– Очень. Хатори родился на Кибере. Сначала служил в кадетском корпусе, подростком попал в гвардию и почти сразу господин Закиро взял его к себе. Научил всему, свёл с нужными людьми.