Сабаи

– Господин Майкл, ящик сообщений от Сифри снова переполнен, – виновато сказал он.

– Неудивительно, – я небрежно кивнул дворецкому и улыбнулся Сифри. – Соскучилась, моя прелесть!

– Ну ещё бы, – проворковала она. – Ты так надолго оставил свою крошку! Я вся извелась. Выучила новый танец, переупаковала пакеты, оптимизировала два процента своего кода — и это только за первые три часа разлуки! Что мне ещё оставалось делать? Твой дурацкий киборг не хочет со мной дружить, а Берта сегодня особенно неразговорчивая.

– Морис, сделай кофе, – я устало ввалился в прихожую и запер дверь. – И найди самый вместительный подпространственный чемодан.

Пару лет назад я познакомился в виртуальном чате с одной горячей цыпочкой. Вы бы видели её аватар — сплошной секс в сиреневом цвете! К тому же неглупая, секла в программировании и удалённо работала на три крупнейших цифровых конгломерата. Потом два из них поглотили третий, и девчонке до кучи перепала четвёртая должность — супервайзер отдела слияния.

В общем, она была богата. Настолько, что даже немалые потуги всего моего клана на финансовом поприще казались довольно скромными. Я бы даже сказал — детскими. Единственный недостаток, который девушка сама за собой признавала — чрезмерная влюбчивость. Она легко западала на парней, но те почему-то от неё шарахались. Не то чтобы это был такой уж огромный минус для меня. Если не считать Берты, я в тот момент был абсолютно свободен и мы начали встречаться. Для начала — чисто в виртуале. Мне ещё нужно было как-то преподнести Большому П, что я замутил с индианкой.

Для отца вопрос расовой принадлежности играет большую роль. Потому что мы Этанару — потомки Нихона, величайшего, единого японского клана. Вы не смотрите, что я или тот же Тэд — не тянем внешне на японцев от слова совсем. Мой дед вернулся с войны с новой женой из клана Третьей Планеты. Большой П, уже мало похожий на азиата, тоже женился на европейке, но уже из клановых соображений. Но он чтил корни.

Раздал нам с братьями эти дурацкие этнические имена и с рождения учил нас японскому языку. Он несколько раз делал себе пластику лица, чтобы соответствовать внешне. Хоть в этом плане меня пронесло. Но повестка идентичности оставалась в нашей семье на первом месте.

Так, отца не смутило, что Сифри (да-да, знакомьтесь) росла в семье с пятью отцами и без единой матери. Но вот то, что все они были чистокровные индусы — такое себе. Меня вообще всё это не парило.