Сабаи

Он попросту ничего не почувствует…

Да что происходит? Морис уж точно никак не мог оказаться в «Чистилище», я оставил его присматривать за домом.

Я закричал, замахал руками и как следует подпрыгнул, от чего в голове всё перемешалось. Чудом удержался на ногах. Однако — нисколько не привлёк внимания учителя и дворецкого, продолжавших препираться между собой. Интересно, куда подевались Шин и Тэд?

Почему мастер Вафу так зол, и как они с Морисом меня нашли? Я же только пригубил бокал. На губах ещё стоит терпкий привкус псевдолайма, услужливо запихнутый в меня Тэдом.

Я позвал своих приятелей. Тишина.

Я окликнул Лию. Никакого эффекта. Морис жужжит что-то про безнравственность физического насилия. Но самого его не видно. Мастера Вафу тоже. Я специально осмотрел пространство под ногами и даже пошарил. Никого.

Странное дело. Я попытался ощупать себя, но не нашёл. Ещё страннее. Ноги стоят на твёрдой поверхности, но их самих - нет. Тело чувствует одежду, я всё ещё в своём выходном костюме. Но не могу хлопнуть себя, например, по коленке или дотронуться до головы.

Рука не находит искомого в нужном месте. Как будто пальцы утратили чувствительность.

Или я стал привидением?

– Нет, болван! Хотя это было бы очень кстати. – зло прорычал мастер Вафу.

– Что прикажете делать, господин? Может придать ему более привычную позу для проведения водных процедур? – спросил Морис.

– Нет, хочу чтобы он сам увидел, когда я его достану. Отойди-ка назад.

Тут мастер Вафу принялся с нарастающей скоростью воспроизводить нечленораздельные звуки вперемешку с белым шумом, щелчками и присвистами, и наверняка ультразвуком.

Это был его знаменитый нейро-лингвистический взлом. Что-то вроде программного кода, загружаемого в объект воздействия посредством звуковых колебаний и ментальных импринтов.

Шира Довафу, или просто Вафу, как я его называю — один из величайших (по его собственному скромному мнению) нейрошаманов современности. Раньше их называли техномагами, но термин не прижился, поскольку ничего магического в нейролингве нет, да и сами шаманы обижались, когда их называли повелителями умной техники.

Впрочем, часть правды в том была. Нет такого прибора, который мастер Вафу не смог бы себе подчинить. А если учесть, что почти каждый в кластере Совета Пятидесяти чипирован, то можно сказать, что все мы — потенциальные марионетки нейрошаманов.

Но на кого Вафу направил свою силу в этот раз?

Через секунду мой позвоночник пронзила невыносимая боль и я начал догадываться. Тьма исчезла.