Этанару. Том 2

– Просим прошения, господин председатель, – вещал сдержанный и политкорректный панопт. – Но по вопросу Соло на прошлом заседании уже было озвучено решение. Насколько мы помним, отрицательное. Мы не обладаем технологией разжижения карбонитового сплава без вреда для заключённого. Совет Конфедерации, с которым мы сотрудничаем, отказывается делиться с нами данной информацией, однако продолжает поставлять новые экспонаты, самых нелепых форм. Мы не знаем, что с ними делать. У многих уже вышел срок хранения, но разморозке они не поддаются, да и эстетически, скажем так… на любителя.

Уж коль скоро наследники Соло не могут успокоиться, то пусть направят претензии квантонскому совету… Мы лишь выполняем функцию репози… простите, передержки.

– Извинения приняты, но совет Ветеранов Восстания напоминает о недопустимости сравнения Паноптикума и Репозитория.

Затем патриарх Джудов, водрузив перед собой толстенный талмуд, долго и обстоятельно зачитывал трактат об эрувах, сопровождая их комментариями и аргументами в пользу защитного круга по периметру Исраэля.

– Что думаешь, Рио? – спросил Шиндао, чуть повернув ко мне голову.

Мы общались с помощью мыслепередатчиков, вербальные контакты со спикером были запрещены.

– Между нами, адмирал, если чтение Талмуда продлится ещё минут десять, мы рискуем впасть в анабиоз всем Советом. Они должны поддержать идею эрува, чтобы, наконец уже его заткнуть.

– Я про наши шансы.

– Хм. После выступления Шильдов я засомневался.

– Да уж. Они так всё вывернули, что засомневался даже я.

Нам определённо стоило сделать ставку на их вариант, а потом просто переиграть.

– Что я слышу, адмирал? Двойная игра?! – я наигранно возмутился. – Это не в вашем стиле, мистер тайный операционист. Ну а если серьёзно, то мы оба знаем, кто был бы против.

– Мда. Мэйо этого бы не одобрил. Знаешь, после четвёртого созыва он ненадолго получил прозвище «Лидер непопулярного мнения». С подачи газетчиков.

– Да? Не, не слышал. А что за издание?

– Не важно, местный таблоид. Его распустили на следующий день после выхода статьи.

Я к тому, что перед нападением Мэйо первым высказался в пользу присоединения к военной компании землян. Причём так убедительно, словно это была его собственная идея. Недовольства было много. Зал ходил ходуном, а в воздухе проносились не только ядовитые дротики. Но двадцать шесть голосов в пользу эскалации он в итоге выбил. Может и нам, всё-таки, стоило. В конечном счёте, перед твоим отцом отвечаю всего лишь я.

– Глупости, Дайсюк.