Кречетов, ты - не наследник! Том 3

— Почему?

— Простая предосторожность, — он прищелкнул языком, чтобы лошадь тронулась в путь. Руины города впереди напоминали кладбище.

— Это совсем не смешно, учитывая, что мы направляемся в кровавые руины, старик! — запротестовал я, напряженно оглядываясь по сторонам.

Филимон поморщился.

— Страшно? Это руины. Вероятно, там ничего нет.

— Вот видишь? Слово «вероятно», беспокоит меня больше всего, — проворчал я, качая головой.

— Город мертв, Владислав, — повторил старик свою мантру.

— Чем больше ты это говоришь, тем более зловеще это звучит. И если ты еще раз назовешь меня Владиславом, я начну называть тебя Филиппом.

Филипп достал болт и шлепнул моего коня, пока мы ехали бок о бок.

— Эй! — Я предупредил его. — Ты начал всё это дерьмо с именами!

— Это иностранное имя, — возразил Филипп. — Гарт на древнем языке означает «Любящий лошадей».

Правильно.

— Ну, Филипп — тогда тебе не следует обижать «Ветерка», — защищал я его прозвище.

— Правда?

— Ну да, там, откуда я родом, так оно и есть, — солгал я, думая о том мужике, который скакал по сцене в рыбьей сетке. — Но ладно, я достаточно взрослый, чтобы не использовать это имя снова.

— Спасибо, Владислав, — невозмутимо произнес Филипп.

*****

Если Белое городище когда-то и было большим городом. То сейчас он совсем на него не похож. Половина погребённых зданий исчезла, когда мы пересекли один из проёмов в рухнувших стенах.

— Пустыня движется, — объяснил Филипп, занятый прочисткой трубки.

Я уставился на прямые стены по обе стороны улицы, которую мы проезжали. Мелкий песок покрывал и смягчал детали. А яркий лунный свет отбрасывал длинные тени от зданий. Ни окон, ни дверей — бездушный и безмолвный город. Ничто не двигалось, кроме кружащегося песка, когда легкий ветерок гулял по пустым улицам.

— Ты бывал здесь раньше? — Я расспрашивал, осматривая каждый дом с разной степенью проседания.

Некоторые из них были покрыты крышами. В других же можно было увидеть последний этаж, тёмные проёмы древних веранд и окна с двойными дверями. Все они выглядели мрачно и зловеще.

— Видел. Прошло больше ста лет, я думаю, — ответил Филимон, немного задыхаясь в конце.

«Вероятно, понимая, что все, кого он знал, мертвы,» — решил я, затем вздрогнул от этой мысли.

— Ты там в порядке, Филимон?

Старик вытер глаза и кивнул.