На ощупь. Взгляд со стороны

– Нет, в этом я уверен не был, но решил себя убедить.

Кухня оказалась огромной, даже больше, чем помещение столовой, она была разделена длинными столами на отдельные зоны, где лежали разные столовые приборы и различные продукты.

– Сам ты виноват! – Заявил Герберт, увидев нас, указывая на меня большим разделочным ножом, и делая акцент на слове «ты». Само дружелюбие. – Вон.

– Меня прислали помогать. Точнее, нас прислали помогать. – Как можно спокойнее произнёс я. Хотя, в моём воображении мы уже бились на разделочных ножах, лезвия от ударов друг о друга звенели, высекая искру…

Исти толкнула меня в плечо, я очнулся от своих фантазий, и увидел, что мои пальцы начинают светиться зелёным.

Феникс тихо урчал, переступая с лапы на лапу на моём плече, вспыхивая и щетиня световые перья, явно готовясь к бою. Нет-нет, всё, тихо, так не пойдёт.

Я успокоил себя и фамильяра, заставил перестать светиться руки. Контроль, первичный контроль магии уже появлялся, я ощущал в себе растущие силы. Но что это вообще за магия, почему никто не знает ответы? Или же.

.. Никто, кроме клана Солнца.

– Помогать? Слепого?! Они что, шутить со мною вздумали? Или ты вздумал? – Почти рёв, так громко и резко это было сказано.

Да что ж он нервный-то такой? А как же – готовить еду с любовью? В нём никакой любви, кажется, просто быть не могло, как и позитива.

И тут я заметил ведро неочищенного картофеля. Я взял одну картофелину, и, вспомнив как создавал камни из общей голубоватой магии, точно так же этой магией заставил картофелину очиститься.

Быстро, легко, а главное, шкурка снялась очень тонкая, чётко именно шкура, без капли мякоти. Я, словно бы защищаясь, выставил перед собою чистую картофелину.

– А, помогать. – Герберт тут же успокоился. – Продолжай. Чисть всю картошку эту, а ты, девочка, мой очищенную, мне не нужны грязные овощи, а он не увидит насколько они чистые. Ясно? Чистую сюда. – И тролль принёс огромный пластиковый таз.

Прекрасно! Просто отлично, что Герберт успокоился. Картофель магией чистился очень быстро, я брал картофелины двумя руками, и очищал по две за раз.

Правда, стоило чуть потерять концентрацию, магия становилась зелёной, и Исти начинала шикать на меня:

– Ну, Йенс.

– А что, нравится что ли тебе? – Говорил Герберт как-то странно, порой нарушая порядок слов в предложении, а ещё довольно громко, медленно, и словно бы всегда с угрозой.

– Нравится что? – Не понял его я. В его присутствии я весь напрягался, и Феникс тоже становился беспокойным, настороженным.