Бурсак принцепса Инферно

Я готов к худшему, но всё ещё надеюсь, что это не то, о чём я думаю.

Я чувствовал, как внутри меня закипает магия вперемешку со злобой, заполняя меня силой и холодом. Это было похоже на бурю, которая разразилась в моей душе, поднимая волны неконтролируемой энергии. Каждая клеточка моего тела дрожала от напряжения, а в жилах бурлил поток магической силы, готовый вырваться наружу. Холод, пронизывающий до костей, распространялся от сердца к краям моего существа, охватывая все мои чувства. Это был не просто холод, это был хлад моего гнева, холод мести, холод, что заставлял меня забыть о страхе и сомнениях.

В моих глазах зажглись искры магического пламени, яркие и неумолимые. Они сияли размеренным светом, отражая внутренний огонь ярости и гнева, который пожирал меня изнутри. Я чувствовал себя не человеком, а оружием, готовым к бою.

- Он пришёл! - сухо ответил Артемиус, его голос звучал спокойно, но в нем проскальзывала железная твердость. Он стоял неподвижно, словно мраморная статуя, но его глаза были напряжены, словно он готов броситься в бой в любой момент.

- Ты сам знаешь, что это значит, брат. - дополнил он, его слова прозвучали как приговор и неизбежный конец для той твари.

Мы выбежали на площадь перед дворцом, и сердце мое застучало в бешеном ритме. Холодный ветер, пронизывающий до костей, ударил в лицо, и я увидел перед собой бескрайнее пространство площади, освещенной тусклым светом угасающего полнолуния. Огромный пустынный дворец возвышался над нами, его башни словно тянулись к небу, а мраморные стены отражали холодное сияние луны.

И вот вдалеке, на краю площади, мы увидели его. Фигура, окутанная ледяным туманом, взлетела в воздух, и я невольно отшатнулся от этого зрелища. Она была гигантской, нечеловеческой, и вокруг нее вихрился туман, словно живой, образуя причудливые формы и тени, которые то исчезали, то снова появлялись. В тумане мелькали различные очертания первородного, и я почувствовал, как в жилах у меня застыла кровь при виде тентаклей. Но это был он, тень, что преследовала нас все эти годы.

Тень походя разрушала весь город, словно недовольный ребёнок в чужой песочнице.

Медленно к нам приближалась фигура, оставляя за собой ледяной след. Я понял, что это не просто туман, а проявление его сущности, его силы, от которой дрожала земля под ногами. У меня пересохло в горле, и я почувствовал, как пробуждается древний инстинкт самосохранения. Но я знал, что у нас нет выбора. Мы должны бороться, пока есть силы.