Бурсак принцепса Инферно

— Сегодня мы разберём с вами что есть трансфигурация и как её использовать, моя задача поставить базу, а дальше уже нарабатываете её или ищите себя в чём-то другом. — довольно равнодушно произнёс блондин. — Так что у нас будет немного и практики следом, иначе у вас не будет общего понимания, а оно крайне важно для дальнейшего обучения сей дисциплине.

— А теперь поговорим о правилах преобразования. — улыбнулся Штайнмаер. — Все довольно просто. Ну, а если вы не готовы соблюдать столь банальные правила безопасности, то и не обижайтесь, что вас разнесло по пространству на атомы.

— профессор усмехнулся. — И так кто первый скажет мне чем будем заниматься? Ну же смелее ребятки, я не кусаюсь… Если только сами не попросите. — Николя тут же подмигнул нашим девушкам.

— Наша цель — изучить трансфигурацию, разве нет? — со своего места уверено поднялась Аника.

— Это я и без вас знаю мисс… — Штайнмаер лишь снисходительно улыбнулся и покачал головой. — Хотите что-то добавить?

— Основная цель адаптации нас как магов к условиям безжизненной пустоши.

Дабы могли полностью создать автономную инфраструктуру, и все сооружения для фортификации не имею при себе ничего, кроме магии. — слегка недовольно произнесла блондинка.

— Десять баллов… — он тут же прервался. — Не та школа. — профессор извиняюще улыбнулся. — Всё так, пусть и лишь в общих чертах, но заниматься мы будем кое-чем сложнее чем то что вы описали мисс. — он слегка раздражённо прикрыл глаза. — А именно, я научу вас создавать всё из ничего! Оживлять неживое, убивать живое.

— Николя хищно осклабился. — И многое другое, но для начала вам придётся уяснить парочку правил. Дабы не произошло чего-то такого… — профессор показательно медленно щёлкнул пальцами.

Звук был тихим, но вот его последствия уже оценили все. Пара секунд, и мы начали задыхаться от нехватки воздуха. Этот гад буквально удалил весь кислород из нашей аудитории и при этом ещё и довольно ухмылялся. А мы лишь мучительно задыхались и ничего не могли сделать.

Кислородное голодание — одна из самых страшных пыток, что я видел за свою жизнь.

И это они называют обучением?

Новый щелчок был полностью беззвучным, но спустя пару томительно долгих секунд воздух вновь появился, а студенты облегчённо вздохнули. Лёгкие тут же напомнили свежестью, а мозг перестал умирать и терять нервные. Когда дыхание всё-таки выровнялось, я бросил на профессора оценивающий взгляд.

С таким человеком нам явно не по пути.

— Как видите даже одна ошибка может стоить вам жизни.