Кузнец богини. Капля в капюшоне

Даже любопытно. В руках свиток с чертежом артефакта, с которым прежде никогда дел иметь не приходилось. За свою жизнь делала вещи значительно сложнее, но конкретно такую – нет. Тут идея чужая.

На невысокий небольшой домик без окон смотрели с подозрением и некоторым недоумением. На взгляды в свою сторону Вальканта не среагировала. Отперла массивную тяжелую дверь, толкнула плечом.

Капитан Жемчуль вместе с Сальваном с опаской заглянули внутрь. Чисто, пахнет деревом. Доски на полу присыпаны светлой мелкой стружкой.

В углах комнаты горят довольно недешевые кристаллы, вспыхнувшие теплым светом, едва ледяная таали зашла внутрь. У стены покосившийся стол, сбитый наспех из досок. Из одной торчит гвоздь, а сама она подозрительно свисает к полу.

На этом богатство мастерской, как ее окрестила Вальканта, заканчивалось. К неимоверному удивлению гостей, повидавших святая святых господина Огранта.

-Проходите, - Вальканта заметила нерешительность гостей. Указала на единственный предмет интерьера. – Мне будет удобнее, если ты ляжешь на стол, Сальван.

И снимешь штаны.

-Как хорошо, что сегодня догадался надеть трусы, - не удержался от нервного комментария Сальван.

Мужчина обошел своего капитана, у стола скинул плащ и штаны. Прежде, чем залезть на чуть шероховатую поверхность, проверил руками на прочность. Стол стоял на удивление прочно, не шатался.

Едва Сальван затих на столе, Вальканта подошла ближе. Следом подтянулся капитан Жемчуль. Делать в домике, в котором даже окон нет, было совершенно нечего.

Смотреть за чужой работой, считай, уже что-то.

Посторонние не трогали и внимание их к своей персоне не беспокоило. Вальканта банально не замечала ничего, что не относилось бы к предстоящей работе.

До чего все-таки интересная вещь.

Она склонилась над останками протеза левой ноги. Часть темно-синего блестящего металла оплавлена. Выше – то немногое, что осталось от протеза и потемневшая кожа, к которой крепились его останки. Прожилки вен темно-изумрудного цвета вызывали в груди что-то необъяснимое.

Не жалость, не тревогу. Непонятная смесь эмоций, которую девушка старательно игнорировала. Также, как мысли о том, что сотворил с человеком Алтор, когда согласился попытать счастья. Этого делать было нельзя!

От протеза осталось чуть больше десяти сантиметров оплавленного металла. Вальканта измерила пальцами в отсутствии инструмента. Его еще только предстояло купить. Затем коснулась рукой чужой кожи.

-Чувствуешь? – любопытство взяло верх.